– Чего-то ты долго ехала сюда, дура хренова! – упрекнул он женщину, располагаясь на нарах. – Я уж не знал, что и думать.
– Не взыщи, хозяин, не смогла я к сроку поспеть, – потупилась Аксиния.
– Ну выкладывай скорее, чего в городе новенького? Чья теперь власть там верх взяла?
– А я почём знаю, чья власть верховодит? – округлила глаза Аксиния. – Вот только неспокойно в городе, это точно. Люди толпами собираются на каждом углу и глотки дерут.
– Хорошо, с этим всё понятно, – усмехнулся, глядя на неё, Сибагат Ибрагимович. – А как ведут себя мои разбойнички? Не переловили их сыскари городские?
Женщина вдруг изменилась в лице.
– Так ведь померли они, – ответила она дрожащим голосом. – Ограбили банк и… Как вы велели, я их на тот свет и спровадила.
– Вот как? – округлил глаза Сибагат Ибрагимович. – А ну выкладывай, как ты порешила их?
– А чего говорить тут, – смутилась под его колючим взглядом Аксинья. – Они как банк городской ограбили, так из города бежать собрались. Деньги поделили, а Назарку Круглякова порешить промеж себя сговорились. А я помнила, что вы его привезти наказывали, хозяин, а всех их…
– Как ты всё это проделала? – сошёл с нар и пересел к столу сгоравший от любопытства Сибагат Ибрагимович.
– Яду в водку насыпала и на стол им подала.
– И что, все, как один, передохли? Никто не остался в живых?
– Ну почему же, хозяин… Я Назарку живым оставила и господина того, кто заместо вас шайкой верховодил.
– И где они сейчас?
– Вон, в телеге лежат, одеялом прикрытые.
– Как же ты справилась-то? – вздохнул Сибагат Ибрагимович озабоченно.
– Ивана, который по соседству со мной проживает, просила подсобить, – ответила женщина, тоже вздыхая. – Умишком он слаб и меня как дитя слухается и делает всё, чего я пожелаю.
Выслушав рассказ женщины, Сибагат Ибрагимович задумался и произнес:
– Назарку я при себе оставлю, а вот Бурматова ждет приятный сюрприз…
***
Митрофан очнулся с трудом. Его тошнило и сильно болела голова. Он попытался вспомнить, что с ним произошло, но не смог. По скрипу колёс телеги и ее покачивание на кочках и ухабах он понял, что его куда-то перевозят.
Митрофан не чувствовал ни рук ни ног. Рот был заткнут кляпом. «Чёрт возьми, – подумал он, – меня что, похитили? Но кто же мог решиться на такое?..» Ответ пришёл в голову следом за вопросом. «Ну, конечно же, это дело рук Сибагата Халилова! И теперь меня везут в его логово. Интересно, как далеко оно? Где залёг на дно Сибагат Ибрагимович? Живым он меня едва ли оставит, а вот замучить пытками может вполне».
В голове постепенно прояснилось: «Я жестоко пытал его, а такие вещи не прощают». Представив, как старик со злобной ухмылкой вгоняет ему иглы под ногти, Митрофан застонал. Страх и отчаяние растревожили душу: «Но я же не убил его, а ведь мог, и даже освободил этого сукина сына».
Рядом кто-то зашевелился и замычал. Митрофан сначала испугался и насторожился, но быстро пришёл в себя.
«Во дела! Оказывается, меня везут не одного? А кого же ещё? Может быть, Назара Круглякова, верного пса Сибагата Халилова? Но если его, то почему связанным и рядом со мной? Нет, это не Кругляков, но тогда кто?»
Все мысли спутались, и ещё больше разболелась голова. Очень хотелось перекинуться словечком с тем, кто лежит рядом, но… К сожалению, это было невозможно. И невозможно было определить, кто его несчастный «сосед», которого, может быть, тоже везут на заклание к старому вурдалаку как «жертвенного бычка?»
Под перестук колёс телеги Бурматову вдруг показалось, что время остановилось. В себя он пришёл от мощного раската грома, который прогремел над самой его головой.
– Тпру-у-у, – услышал он грубый голос и тут же узнал его.
«Чёрт меня подери, так это же чёртова баба Аксинья! – пришла в голову ошеломляющая мысль, и он вспомнил всё, вплоть до того момента, как женщина подвела его к повозке. – Вот курвища рябая! Теперь мне всё ясно. Она везёт меня и Круглякова! А как же остальные? Где они?»
Женщина сошла с телеги и ушла. Начался дождь. Бурматов и его «сосед» успели промокнуть насквозь, пока не послышались голоса. «Ну вот и всё, – подумал Митрофан с ужасом. – Сбылись мои самые страшные предположения. Меня привезли к Сибагату Ибрагимовичу… Я в его руках и в его власти. Теперь он волен поступить со мной так, как захочет…»
Первым вытащили из телеги и освободили от «пут» мычащего соседа.
– Это ты, Назар! – услышал Бурматов радостное восклицание Халилова. – Дай-ка обниму тебя, друг мой верный! Я очень рад тебя видеть целым и невредимым!
– Что-то я не верю вам, хозяин, – промычал Назар обиженно. – Почему эта стерва рябая опоила меня и везла связанным и с кляпом во рту?»
– Ну, ладно-ладно, все неудобства уже позади, – заговорил примирительно Халилов. – Давайте лучше вытащим из телеги того, кого я хочу больше всего увидеть. Эй, ты слышишь меня, господин Бурматов или как там тебя?..
«Слышу-слышу, Сибагат Ибрагимович, – думал Бурматов, пока его ставили на ноги. – О Господи, что же будет сейчас?»
