– Ой, зря вы за мной увязались, господа казаки, – целясь в них из револьвера, ласково проговорила девушка. – Я же вас не трогала, а вы…
Она выстрелила в того казака, который попытался выхватить из ножен шашку. Он схватился за грудь и вывалился из седла, зацепившись левой ногой за стремя. Испуганная лошадь пустилась вскачь по дороге, волоча седока за собой.
Второй казак успел развернуть своего коня и даже пришпорил его каблуками. Но точный выстрел девушки вышиб и его из седла. Взмахнув руками, он свалился на обочину дороги и замер, испустив дух.
Положив револьвер в корзинку, девушка снова накрыла его тряпочкой, бросила взгляд по сторонам и поспешила скрыться в лесу.
***
Партизаны готовились к зиме. Целыми днями рыли ямы, складывали из брёвен стены, сверху тоже укладывали брёвна и засыпали их землёй. Вместо печек выкладывали очаги из камней. Они хорошо обогревали землянки, вот только дым, прежде чем выйти через отверстие в потолке наружу, ел глаза, раздражая слизистую оболочку, проникал через дыхательные пути в бронхи и лёгкие.
Вернувшуюся в лагерь девушку часовые сразу же привели в большую землянку командира отряда, в которой обычно проводились военные советы.
– С возвращением, товарищ Шмель, – поприветствовал её удивлённо командир, жестом руки приглашая к столу. – Вижу, явилась ты ни с чем. Боевое задание осталось невыполненным и, наверное, для того были серьёзные причины?
– В город невозможно было попасть, – хмуро ответила девушка. – Куда ни сунься, всюду казачьи разъезды.
– Из этого следует, что все подступы к Верхнеудинску охраняются плотно и тщательно, – задумался командир.
– Достаточно плотно, – вздохнула девушка. – Меня даже остановили двое казаков, когда я возвращалась обратно.
– Судя по тому, что ты здесь, им не посчастливилось остаться в живых, – усмехнулся командир.
– Да, я застрелила их, – призналась Шмель. – Они оказались бдительными и расторопными, но чересчур глупыми и доверчивыми.
Собрав кое-какую еду, командир выставил её на стол перед девушкой, а сам сел на жёсткие нары, служившие ему постелью, и задумался.
– Голова идёт кругом, – заговорил он через несколько минут. – Ума не приложу, что делать. Город занял Семёнов. Ему в поддержку понаехали интервенты, мать их ети, а мы? Оружия не хватает, боеприпасов нет. И зима уже на носу. Не успеем оглянуться, как осень пролетит, и…
– Не о приближении зимы, а о деле думать надо, – перекусив, сказала девушка.
– Позволь напомнить тебе, товарищ Шмель, что я не кадровый офицер царской армии, а всего лишь слесарь-ремонтник паровозов из депо, – огрызнулся командир. – Нас вон за три дня семёновцы из города вышибли, а теперь…
Он в сердцах махнул рукой и, усевшись за стол, сдавил виски ладонями.
– Хоть кто бы подсказал, что делать? – посетовал командир. – Не атаковать же город, забитый до отказа неприятельскими войсками своим малым числом и голыми руками?
– Наступление равносильно самоубийству, – сказала девушка, озабоченно хмуря брови. – Но и отсиживаться в лесу равносильно предательству дела революции.
– А что мы можем против Семёнова и его армии? – оправдывался командир.
– Мы можем то, чего враги наши не могут, – не соглашалась с ним Шмель.
– И что же именно? – удивился командир.
– Искать лазейки в город и… не давать покоя врагу!
– Ну, допустим, найдём мы эту лазейку – и что с того?
– Организуем подпольную работу и возьмёмся за дело, вот что!
Командир с удивлением и нескрываемым интересом посмотрел на сидевшую перед ним девушку. Её уверенный голос вселил в него спокойствие и надежду на успех в предстоящем деле.
– Ты так говоришь, товарищ Шмель, будто имеешь большой опыт в подпольной работе? – сказал он, разглядывая неподвижное, словно каменное, лицо девушки.
– Да, я кое-что в этом смыслю, – сказала она ровно и спокойно. – Я часто бывала в Иркутске и знакома с товарищами, у которых в подпольной борьбе огромный опыт.
– Ты имеешь в виду печатанье листовок и распространение их по городу? – заинтересовался командир.
– Да, – кивнула девушка. – Это один из способов борьбы подпольщиков, и вы его знаете.
– Ещё бы! – выпрямился и расправил плечи командир. – В своё время я лично принимал в этом деле самое активное участие!
– Неплохо было бы саботаж на железной дороге устроить, – продолжила задумчиво девушка. – Верхнеудинск – крупная железнодорожная станция. По ней проходит на восток и на запад большое количество поездов.
– Так-так-так, говори, девочка, не стесняйся! – заёрзал нетерпеливо на месте командир.
– Поезда – это машины, а не животные, – продолжила девушка. – Они имеют свойство ломаться… Так ведь?
– Кажется, я начинаю тебя понимать! – подавшись вперёд, воскликнул командир. – Паровозы надо выводить из строя, чтобы они…
– Так вас быстро выявят и расстреляют, – покачала головой девушка. – Паровозы должны ломаться где-то в пути, да так ломаться, чтобы исправить их на месте не было возможности.
– Вот это да! Как же я сам до этого не додумался? Ведь столько лет в депо проработал и…
Не договорив, командир вскочил из-за стола и заходил по землянке. Он был счастлив и не скрывал этого.
