Стёпка удивлённо кивнул, но не проронил ни слова.
– Тогда ты меня, должно быть, знаешь, – ухмыльнулся незнакомец, отпуская его ногу. – Я кузнец Михеев, слыхал про такого?
– Дядя Ваня? – прошептал облегчённо юноша. – Ей-богу, не признал вас.
Стёпка перестал дрожать и заметил, что кузнец ранен в ногу.
– Ты должен доверять мне, малец, – прохрипел Михеев. – Я шёл в отряд с важными новостями, да нарвался на казачий разъезд. Подстрелили они меня, но мне удалось от них оторваться и скрыться.
– От конных казаков? – не поверил Стёпка.
– Ранил я одного, – вздохнул кузнец. – А покуда второй ему подсоблял, я и забрался в лес. Они долго опосля скакали туда-сюда, меня разыскивая, а вот под этот кусток так и не удосужились заглянуть. Так ни с чем и уехали.
– Не мудрено, я тоже вас не заметил, – ухмыльнулся юноша. – Но-о-о… Почему вы мне про отряд какой-то говорите, дядя Ваня? Я здесь так просто гуляю, корову ищу.
– Давай бреши больше, – без труда разгадав его уловку, одобрительно кивнул кузнец. – Твоя «коровка» если и дошагала досюда, то от неё ни рожек ни ножек уже не осталось. Волки такую добычу не оставили бы без внимания, а их сейчас вокруг города много рыщет.
– Да я…
– Ступай и командиру скажи, в каком состоянии нашёл меня здесь.
– А если я не вернусь, дядя Ваня? – поинтересовался Стёпка, собираясь уходить. – А если я…
– Тогда я застрелюсь, – ответил Михеев твёрдо. – И пусть моя смерть тяготит тебя всю оставшуюся жизнь…
6
Как ни старался интендант, но так и не смог подобрать форму Кузьме Малову. Не было таких размеров на походном складе, хоть тресни!
– Ну и ну! – сказал он, покусывая кончик карандаша и глядя на Кузьму. – Таких, как ты, «переростков» в нашем войске ещё не было.
– Не было, так будут, – усмехнулся Малов. – Когда я поступал на службу судебным приставом, тоже довелось столкнуться с такими трудностями. Маялись, маялись, как мы нынче, но… так и пришлось форму на заказ шить…
– Да-а-а… Форму-то мы сошьём, материал и швейная команда имеется… А вот с сапогами как быть? – Интендант наклонил голову и уже в который раз осмотрел ногу Кузьмы. – Таких размеров у нас в наличии тоже не имеется!
– Ничего, сапоги у меня ещё с прежних времён сохранились, – сказал Кузьма. – Новенькие ещё. Я и года в них не проходил.
– Ладно, снимем мерки, и через дня три подходи, – вздохнул интендант, качая головой.
В штабе смеялись несколько минут, выслушав «доклад» Малова.
– А может, мне пока свою форму носить? – предложил Кузьма.
– Нет, твоя форма пусть в шкафу висит, – погрозил ему пальцем заместитель начальника штаба. – Мы есть регулярная армия, а не толпа бездельников, кто во что ряженных. Пока при штабе тебе работёнку подыщем, а о твоих «трудностях» немедленно доложим атаману.
– К работе я готов хоть сейчас приступить, – сказал Кузьма. – Что прикажете делать, господин полковник?
– Вот так сразу? – одобрительно улыбнулся заместитель начальника штаба. – Признаюсь честно, я должен подумать, куда тебя определить.
– Андрей Васильевич, – встал из-за стола один из офицеров. – Сегодня утром был посыльный из контрразведки. Так вот, они там большую облаву на двое суток запланировали и просят нас выделить кого-нибудь для усиления.
– Вот видишь, и тебе дело нашлось, господин Малов, – посмотрел на Кузьму полковник. – Сейчас письмо напишу, и отнесёшь его полковнику Уварову Павлу Матвеевичу. Я укажу в письме, а ты передашь на словах, что откомандирован ровно на двое суток в его распоряжение.
Написав короткое письмецо, заместитель начальника штаба вложил его в пакет, запечатал сургучной печатью и вручил Кузьме.
– Всё, бери и действуй, господин Малов, – сказал он на прощание «напутственное слово». – Только будь внимателен и себя береги… Ты, видимо, очень нужен атаману Семёнову.
С письмом в руках и с «напутственным словом» в голове Кузьма пришёл в контрразведку и был тут же препровождён дежурным в кабинет начальника.
– Весьма кстати, господин Малов! – сказал полковник Уваров, пробежав глазами письмо и с восхищением оглядев «прикомандированного». – Такого орла прислать не поскупились, надо же?! Любо-дорого поглядеть!
Он вышел из-за стола, взял Кузьму за руку и подвёл его к большому зеркалу, висевшему на стене.
– Нет, вы только поглядите, на целую голову меня выше?!
Уваров вернулся за стол, указал Кузьме на свободный стул и, взяв в руки колокольчик, позвонил. В кабинет вошёл адъютант.
– Позови-ка ко мне штабс-капитана Бурматова, Василий, – сказал он. – Только живее, пока он ещё не убыл на проведение операции.
– О Боже, – усмехнулся Кузьма. – И снова мне приходится работать с Митрофаном. С ума можно сойти от такого «везения»…
– Ага, вижу вы с ним знакомы? – улыбнулся Уваров. – Он ещё не проявил себя в деле, но мой наметанный взгляд разглядел в нём перспективного специалиста!
– Ваше чутьё не подвело вас, господин полковник, – вздохнул Кузьма. – Господин Бурматов был самым лучшим сыщиком в Верхне удинске. Могу сказать большее, он…
Дверь распахнулась, и в кабинет вошёл Митрофан. Новенькая форма сидела на нём как влитая.
