— Идти им было некуда, и я приютила их, — «каялась» женщина, украдкой поглядывая на хмурое лицо хозяина, боясь своими признаниями вызвать у него недовольство. — Сначала они хотели выкрасть вас из больницы, — продолжала Аксинья, — но вы сбежали из неё сами. Потом они ходили в ваш дом, обыскали его и нашли спрятанные в колодце деньги.
— Вот как? — удивился Сибагат Ибрагимович. — Интересно, как это у них получилось?
— Макар додумался в колодце искать, — ответила Аксинья. — Сам в него спустился и нашёл там тайник.
— Да-а-а, он всегда был смекалист, — вздохнул одобрительно Сибагат Ибрагимович. — Ну и как они распорядились моими деньгами?
— У них отобрали всё, — огорошила его женщина. — В дом ворвались сыщик Бурматов и судебный пристав Малов. Они всех отлупили до полусмерти, забрали деньги и ушли.
— Вот как? — округлил глаза Сибагат Ибрагимович. — А моих ребятишек в доме одних, «без присмотра» оставили?
— Они и сейчас в недоумении, почто сыскари так обошлись с ними, — развела руками Аксинья. — Вот и пришли они ко мне за помощью, а я их приютила и спрятала. Пожалела я их, хозяин…
— Хорошо, ты правильно поступила, — одобрил Сибагат Ибрагимович задумчиво. — А как сейчас они себя ведут? Не мешают тебе управлять заведением?
— Нет, не мешают, — ответила женщина. — Они меня слухаются. Вот только Назара ни за что отпускать не хотят из-под ареста и пришибить насмерть не решаются.
— И как же он «под арестом» сидит? — нахмурился Сибагат Ибрагимович.
— Так вот и сидит — ни жив ни мёртв. Они его в подвале заперли.
— Ты за ним смотри. Он мне нужен, учти. Освободи его «потихонечку», усыпи каким-нибудь зельем, чтоб дорогу не запомнил, и сюда привези.
— Хорошо, хозяин, так и сделаю, — кивнула Аксинья. — А с остальными что делать? Разболтались они… Сидят на моей шее и не собираются никуда уходить.
— Не майся, отрави их, — посоветовал Сибагат Ибрагимович. — Эти оглоеды мне больше не понадобятся, только одна головная боль теперь от них.
— Отравить? — женщина со страхом посмотрела на него. — Прости, хозяин, но не смогу я эдак поступить с ними. Они ж…
— Разбавь водку ядом и попотчуй их, — нахмурился Сибагат Ибрагимович. — Ночью в телегу погрузишь, к реке вывезешь, и пускай себе плывут покойнички вниз по течению.
— Я не посмела бы вас ослушаться и поступила бы эдак, — поёжилась от его колючего взгляда Аксинья, — только вот при деле они теперь — по городу шляются и богачей грабят.
— Вот это да! — воскликнул поражённый Сибагат Ибрагимович. — И кто из них всё это затеял? Уж не Макар ли?
— Нет, не он, — вздохнула женщина. — Их Бурматов нашёл и себе подчинил. Теперь они под его началом разбойничают.
— Кто? Бурматов? — у Сибагата Ибрагимовича при упоминании о сыщике глаза полезли на лоб. — И как ему удалось это сделать?
— Сыскарь сказал им, что не Бурматов он, а человек, на него похожий, — ответила Аксинья. — А ещё он им золотые горы наобещал, вот они и согласилися.
— Так-так-так, — почесал в раздумье заросший щетиной подбородок Сибагат Ибрагимович. — Хорошо, пусть «поработают» покуда ребятишки на поприще знакомом. Ну а я пока подумаю, как с ними поступить. Как дам знать, ты главаря ихнего усыпи и ко мне доставь. У меня к нему спрос кое-какой имеется.
— Вы что, наказать его за что-то хотите, хозяин? — насторожилась Аксинья.
— Не наказать, а спросить с него хочу, — зловеще улыбнулся Сибагат Ибрагимович. — Этот выродок крупно задолжал мне. Если ты сможешь привезти его сюда, то я живым скормлю господина Бурматова моей любимой медведице…
Вспоминая беседу с Аксиньей, Халилов ворочался на нарах, пока его не сморил сон. А пробудился тогда, когда Яшка вернулся с охоты и настало время кормить ревущую в ожидании пищи медведицу…
Когда время перевалило за полдень, несколько человек подошли к дому бакалейщика Семыкина. Впереди шёл хорошо одетый господин с бакенбардами и пышными усами. Надвинутая на глаза шляпа наполовину закрывала его лицо.
— Один у ворот, остальные за мной, — распорядился господин в шляпе. — Всё делаем так, как обговаривали. Кто посмеет ослушаться, схлопочет в лоб пулю.
— Ты снова будешь действовать, будто Митрофан Бурматов? — поинтересовался один из разбойников, последовав за ним.
— А как же ещё, — ответил господин в шляпе. — Только вы знаете, что я не сыщик Бурматов. Ну а те, кого мы грабим, должны быть уверены, что я — это он!
Поднявшись по лестнице, разбойники забарабанили в дверь. В доме было тихо, на стук никто не отозвался.
— Открывайте именем закона! — потребовал главарь сурово. — Я сотрудник милиции Бурматов! Не откроете дверь, мы выломаем её!
И снова тишина.
— Макар, подойди, — подозвал разбойника Бурматов. — Ломайте дверь!..
Налетчиков встретила высокая красивая женщина. Гордо выпрямившись и справившись с испугом, хозяйка дома смерила непрошеных гостей надменным взглядом.
— Чего вам угодно, господа?
— Мы пришли кое-что спросить у вас, госпожа Семыкина, — ответил ей Бурматов.
— Что-то спрашивать так в дом не вламываются, — ухмыльнулась женщина. — Так поступают только бандиты-налётчики, а не сыщики, господин… Извините, позабыла, как вы представились.
