— От кого? — разозлился Митрофан. — Я ему ничего не говорил и вы тоже. Я лишь намекнул про деньги Халилова, но Кузьма слишком честен, чтобы играть в такие игры. Свою честь он бережёт, как дар небесный, и никогда не пойдёт против закона. Он одержим в своём служебном рвении, он…
— Но кто тогда третий лишний? — зловеще прошептал Хвостов. — А может, ты сам затеял игру по «изъятию» сокровищ старика Сибагата, Митрофанушка?
— Почему я, а не вы? — ухмыльнулся Бурматов.
— Ты должен был уговорить Халилова указать на тайник, пообещав взамен свободу, не так ли?
— Я именно так и поступил, — ответил Митрофан настороженно.
— Старик не согласился?
— Нет.
— И ты его выкрал из больницы?
— Кто вам это сказал?
— Твой начальник, Юрий Семёнович.
— Это он и мне говорил, но я ему не поверил.
— Тогда за что здесь сидишь?
Митрофан загадочно улыбнулся.
— По недоразумению, — ответил он. — Видите ли, у Юрия Семёновича особое мнение на мой счёт. Кто-то ляпнул ему, что я из больницы выкрал старика, и он поверил сдуру.
— Может, посодействовать о твоём освобождении? — миролюбиво улыбаясь, предложил Хвостов.
— Нет, не стоит, — отказался Митрофан. — Ваша просьба может усилить подозрения Юрия Семёновича на мой счёт. А для чего нам это? Доверьтесь мне, Дмитрий Степанович. Не сомневайтесь, что уже скоро я окажусь на свободе и разыщу Халилова.
— Только гляди, действуй осторожно, — подойдя к двери, обернулся Хвостов. — Не забывай, я много чего могу в этом городе! Задумаешь дурить — уничтожу!
«Не надорвись, скоморох судейский, — глядя на закрывшуюся дверь, подумал Митрофан. — Пока меня уничтожать будешь, у самого морда треснет, барсук раскормленный…»
— Вот такие дела, Макар, — присел за столик напротив разбойника Назар. — Где сейчас Сибагат Ибрагимович, никто не знает. Исчез, как в воздухе растворился, и непонятно, сам сбежал или кто-то помог ему выбраться из больницы.
Хмуря брови, Макар выпил водки, не спеша закусил куском селёдки и задумчиво сказал:
— Не верю я во все эти чудеса. Старик сбежал с чьей-то помощью или его выкрали. О богатстве старика, нажитом на разбойном промысле, по всему городу слухи ходят. Вот и рассуди, как он смог улизнуть?
— Как бы то ни было, но его нигде нет, — в бессилии сжал кулаки Назар. — Исчез, мать его, вместе с нашими денежками.
— Я тебе подскажу, что делать, — пробубнил Макар, наливая ещё водки. — Дом его обыскать надо.
— Его дом сыскари и приставы не раз уже перетряхнули, — злобно проворчал Назар. — И все подсобки и сараи перетрясли. Надо полагать…
— Там все его богатства и нигде больше, — грубо оборвал его Макар. — Не бегал же старик в лес прятать деньги? Сибагатушка пройдоха ещё тот. Про таких, как он, говорят, что еврей заплакал, когда родился татарин.
Назар пропустил его слова мимо ушей и задумчиво произнес:
— Нет, идти к нему в дом сейчас опасно. Слуги шум поднимут и, чего доброго, сообщат «куда следует» о нашем визите.
— Если умный такой, то предложи что-нибудь получше, — зыркнул на него коршуном Макар. — В Сибагаткиной кубышке деньги наши и немалые. И мы хотим, чтобы они у нас были!
— А чего тут придумаешь, — насупился обиженно Кругляков. — Дом Халилова опечатан, а во дворе псы, как лошади…
— Ты что-то не то мелешь, Назарушка, — ухмыльнулся захмелевший разбойник. — С дома уже неделю как печать сняли.
— Брешешь? — удивился Кругляков. — Суда же не было и с имущества Сибагата арест не снят.
— Арест, может быть, и не снят, а вот печать… — Макар посмотрел на пустую бутылку тоскливым взглядом и продолжил: — Девица в нём прехорошенькая поселилась. Точно такая же, какую старикашка наш завалил. Я едва глазам своим поверил, увидев её.
— Что-то я тебя не совсем понял, — округлил глаза Назар. — Ты шутишь или…
— Была нужда шутить с тобою, — рассмеялся разбойник. — Мы за домом старика давно приглядываем. Так вот, девица та уже недели две там живёт. И ростом, и мурлом на племянницу Сибагата похожая.
— Понятно, ты пьян в стельку, — ударил по столу ладонью Кругляков. — Водки больше тебе не налью, и не клянчи!
— Не трынди, я в своём уме, — прикрикнул на него Макар. — А водки дашь столько, сколько я скажу. И на девку сам сходи полюбуйся. Она хоть и копия Мадины, но гораздо шустрее её…
Кузьма пробыл у любовницы гораздо дольше, чем намеревался. Открыв глаза, он ещё долго лежал в кровати, испытывая состояние приятной неги, и упивался чувством вновь обретённой любви.
Маргарита ушла, оставив в постели своё тепло. Это заставило Кузьму задуматься и поискать причину её загадочного исчезновения. Он вдруг вспомнил недавний разговор.
— А ты сильно любил ту девушку, Кузьма? — неожиданно спросила Маргарита, положив доверчиво голову ему на грудь.
— Любил, и очень сильно, — честно признался он.
Девушка всхлипнула.
— Ты что? — спросил Кузьма встревоженно.
— Не говори мне больше о ней, — попросила Маргарита и снова всхлипнула. — Я не хочу слышать о ней…
