— Эта картина висит в будуаре моей матери уже почти двадцать лет, — ответил принц. — Возможно, вам известно, что королева Зангрии Мари Лизбетта — сестра вашего монарха. Когда она была юной девушкой, в ее свите состояла Лея дей’Неф, позднее она вышла замуж и стала герцогиней Эрион. После того как моя мать вышла за короля Даррена и уехала в Зангрию, они остались хорошими подругами. Этот портрет получен незадолго до сообщения о гибели герцогини и ее семейства.
Сердце зашлось от жалости. Сквозь слезы, я взглянула на Дэлианна, тот задумчиво потирал подбородок, рассматривая картину.
— Что скажешь, друг? — спросил у него Истиан.
— Что тут говорить? Любой, у кого есть глаза, ответит, что такое сходство случайным быть не может.
Я еще раз взглянула на зависшую над столом картину — это моя мать? Женщина, чье ласковое прикосновение я пронесла через всю жизнь? Нужно еще кое-что уточнить.
— А правда ли, что герцогиня Лея была также фрейлиной и подругой королевы Лоты?
Принц Истиан покачал головой:
— Моя мать не ладила с невесткой с самого начала, и весь штат фрейлин был со скандалом уволен на следующий день после ее отъезда в Зангрию. Разумеется, сьерра Лея не могла быть подругой той, что так жестоко ее унизила.
— Значит, и тут ее величество солгала. Еще она говорила, что расследования гибели герцога и его семьи практически не было.
— Убийц не нашли, насколько я помню… — ответил зангриец.
— Я знакомился с материалами, когда принимал должность через несколько лет после этого громкого дела, — перебил его Дэлианн. — Расследование велось, но было остановлено по высочайшему повелению.
Истиан удивленно выгнул светлую бровь.
— Как же так? — спросила я. — Его величеству было неинтересно, кто убил одного из его приближенных?
Эльф помолчал с непроницаемым видом, а затем его губы искривились в презрительной ухмылке.
— Помню, обратил внимание на то, что из дела пропало несколько страниц. Я думаю, следствие вышло на след преступника, и по какой-то причине Эммиту стало страшно продолжать.
***
Просыпалась тяжело, всплывая на поверхность сквозь обрывки сновидений. Снились то моя магическая дуэль с Реем, почему-то при большом стечении публики, сидящей словно в театре в расставленных полукругом креслах, то почему-то лесные озера — зеленые, пронизанные солнечным светом. Наконец я очнулась достаточно, чтобы почувствовать, что лежу на чем-то жестком и твердом, не похожим на комфортабельный матрас в гостевой спальне лорда дознавателя. В то же время, не могла пожаловаться, что мне холодно или неудобно. Нет, мне очень хорошо, под щекой теплая шелковистая кожа. Что-то уютно стучит рядом: тук-тук, тук-тук… И невероятный букет приятных запахов: здесь и пряный аромат клейкой молодой листвы, и свежесть лесного ручья, и горьковатая сладость ягод. Знакомый, очень знакомый аромат… Не надышаться…
Тхар! Да как же?..
Чудом не свалилась с кровати, суетливо хватаясь за слишком широкий ворот батистовой рубашки его сиятельной наглости, которую он выделил мне на ночь вместо халата. Возмущенно уставилась в сонные прекрасные глаза. Ну как так можно? Вчера поздно ночью еле выставила его из спальни, а он обратно пробрался! Медом ему здесь намазано, что ли? Или у него одна кровать на весь дом? Кстати, он занял почти всю мою кровать!
Мой сердитый взгляд и пыхтение не возымели действия: Дэлианн закинул руки за голову и, прищурив от удовольствия глаза, продолжил оккупировать спальную территорию.
Красивый. Необыкновенный. Притягательный. О Шандор, дай мне силы!
— Мой лорд, я, кажется, просила покинуть спальню!
— Я и покинул, моя Загадка, но ты не говорила, что нельзя вернуться.
— Нельзя, мой лорд.
— М-м-м, — кажется, эльф мурчит от удовольствия. — Дэлианн.
— Ч-что? — не поняла я.
— Назови меня по имени, Загадка.
Я склонила голову на бок, собираясь отчаянно торговаться.
— Тогда вы уйдете?
Мир перевернулся, потому что я мигом оказалась на спине, а мужчина навис надо мной.
— Нет. Но я хочу услышать, как ты зовешь меня по имени.
Не особенно хорошо понимая, что делаю, я подняла руки и зарылась в лунное золото его волос. Как давно мне хотелось пропустить между пальцев длинные шелковистые пряди…
Что? Ах, проклятое эльфийское очарование!
Я накрутила на палец прядку голубых волос на его виске и дернула — не сильно, но чувствительно. Зеленые глаза чуть сощурились.
— Эй, хулиганка, не вырви знак принадлежности к Дому Грозы!
— Вы что же, рождаетесь с такими волосами?
— Ага! Нравится?
— Смотрится оригинально, но не в моем вкусе, — фыркнула я, упрямо не желая признаваться в том, что он сводит меня с ума.
— Почему же тогда у тебя так расширены зрачки? — Прекрасное лицо Дэлианна начало приближаться. Сейчас он меня снова поцелует. Затаила дыхание. Как бы этому помешать? Я же растаю. Нервно облизала вмиг пересохшие губы и сама потянулась навстречу.
И тут от дверей послышался страшно довольный голос Истиана:
