Она замолкает, когда какой-то анталланец приближается к нам и всматривается в неё. Он (или она – я оставил попытки понять) протягивает руку, касается лица Эллиэнн и говорит что-то, а потом уходит.
– Не нато пыло мне бриться, – говорит мне Эллиэнн, с сожалением потирая щёку. – Это привлекает внимание… Ш-ш. Посмотри фон туда.
По толпе прокатывается бормотание. Все останавливаются и медленно переключают внимание на сцену, которая располагается метрах в двадцати.
Затем толпа начинает скандировать, поначалу тихо, а потом всё громче и громче.
Кажется, что это самый жуткий звук из всех, что мне доводилось слышать, и по моему телу пробегает холодок. Я нервно оглядываюсь по сторонам. Куда ни глянь – всюду волосатые анталланцы, плюс пара-тройка людей, и все они пялятся пустыми глазами на сцену и дружно скандируют.
Что-то вот-вот произойдёт.
Кажется, что они скандируют безо всякого удовольствия. Это совсем не похоже на футбольные кричалки, или на то, как люди подпевают музыкантам на концертах, или даже на то, как поют в церкви гимны. Это странно, и я не могу понять, наслаждаются они этим или нет.
Предвосхищая мой вопрос, Эллиэнн придвигается ко мне и бормочет:
– Это как аплодисменты. Кто-то важный сейчас прибудет.
Словно по команде скандирование «ху-у… ху-у… ху-у» превращается в протяжное «ху-у-у-у-у-у-у-у…», на платформе появляется какая-то фигура, и я ахаю, узнавая.
Это та крупная анталланка, которую я видел в пещере, – я прозвал её Тёмная Полоса. Она поднимает руку, и ху-уканье затихает. Она обращается к толпе, голос у неё громкий и чистый. Все молчат, кивают и время от времени бормочут что-то, судя по всему, одобрительное.
Тёмная Полоса отдаёт сигнал другому анталланцу, стоящему с краю, и на сцене материализуется огромный шар – изображение в 3D вроде того, которое мы видели в Пункте Проката Психа Мика, только больше. Это Земля в миниатюре. Я узнаю очертания Америк, и Африки…
Тёмная Полоса вращает его, пока не находит Австралию, и мне всё становится ясно.
Она рассказывает историю похищения Тамми!
В какой-то момент Тёмная Полоса, не переставая рассказывать, подаётся вперёд к толпе и показывает свой заплывший глаз – это тот дядька, остановившийся поменять колесо на дороге, её треснул.
Толпа ревёт:
Потом шар снова вращается, и Тёмная Полоса указывает на маленький остров. Британия, там, где она предприняла вторую попытку похищения человека.
Я знаю, что с минуты на минуту что-то произойдёт. Я не знаю, что именно, но где-то глубоко внутри меня поселяется чувство, что мне это не понравится.
Эллиэнн снова придвигается ко мне.
– Будь наготофе, И-тан. Сейчас ты увидишь Та-ми. Те анталланцы на сцене – это Ассистенты-Советники. Они немного походят на вашу полицию. Не выдавай сепя.
Я чувствую, как желудок кувыркается, и я
Я должен взять всё в свои руки.
А я понятия не имею, что я могу. Однако я знаю где-то в глубине души, стоя на пыльной улице в окружении вонючих волосатых инопланетян и клонированных людей с пустыми лицами, что следующие несколько минут решат, сможем мы вернуть прежнюю жизнь или нет.
Эллиэнн стискивает моё запястье, и это, пожалуй, даже к лучшему, потому что когда на сцене появляется Тамми, я запросто мог бы закричать, или кинуться к ней, или выкинуть ещё какую-нибудь глупость. В итоге я просто наблюдаю в мучительной тишине, как Тамми выходит на платформу откуда-то сзади в сопровождении двух Ассистентов-Советников.
Моя сестра. Моя близняшка. Другая половина меня. Волосы у неё засалившиеся, а на щеках полосы от грязи и слёз. Выражение её лица такое же пустое, как у остальных здешних людей, и она таращится на толпу, слегка шевеля губами, будто разговаривает сама с собой, или молится, или… не знаю что.
На ней по-прежнему та же одежда, в которой она вышла из дома, и это всё оказывается настолько знакомым, что мне приходится моргать, сдерживая слёзы. К груди она прижимает свою сумку – нервно, обеими руками. На сцену притащили низкий столик, и Тамми стоит с ним рядом. Я не знаю, что делать – если она увидит меня в толпе, узнает ли вообще? Если узнает – закричит ли? Если закричит – что с нами будет?
Всё это напоминает мне сцену из какого-то фильма: там королю, жившему давным-давно, отрубали голову на глазах у ликующей толпы. И хоть я вполне уверен, что Тамми не станут убивать, по моему телу всё равно пробегает холодок.
Я пытаюсь держать голову пониже, но то и дело невольно кидаю взгляд на Тамми, которая трясётся от страха, стоя на платформе перед этой странной толпой, снова начавшей скандировать.
