Для чего пришлось создавать небольшую мастерскую. И там, с помощью литер из свинца, делать наборы для оттиска на ручном винтовом прессе. Работа была медленной и неудобной. Из-за чего — пока учебников и хрестоматий не удалось размножить должным образом. Для первого учебного года имелся только букварь в количестве, подходящем для всех учеников первой школы. Простой и неказистый. Он хранился в школе и выдавался ученикам непосредственно на занятиях.
А хрестоматии и другие учебники пока только находились в процессе. Но к следующему учебному году по полусотне томов всех необходимых книг божились сделать. Впрочем, там и без книг было необходимо изрядно и другого важного инвентаря…
Завершив торжественное открытие первой общеобразовательной публичной начальной школы Ярослав отправился беседовать с поджидавшей его делегацией славян, прибывших из… или от Арконы[2], тут сложно было разобраться. Они ждали уже несколько дней. Но он тянул и ждал с их приемом. Ему хотелось, чтобы они походили, посмотрели на то, как живет народ в Новом Риме. Город осмотрели. С людьми поговорили. А потом и глянули на открытие школы да послушали слова. Сразу они бы все услышанное не осознали. Но это сразу. А как доедут до дома — все по полочкам разложится. Это в его понимании была первой частью их переговоров. Частью, которую сам словами и не скажешь.
— Рад вас видеть в моем городе, друзья, — улыбнувшись, произнес Ярослав, когда делегация таки пришла на прием.
— И мы рады видеть тебя… — начали ритуал приветствия западные славяне. Там были представители ободритов — близко родственных западнославянских племен.
А пока они говорили Ярослав внимательно за ними наблюдал. Его люди уже донесли о составе этой делегации. Девять обычных военных вождей, включая одного, служившего три года под рукой Людовика II[3]. Ну и пятнадцать волхвов разного толка. Куда же без них?
— Что вас привело ко мне?
— Нужда, — грустно произнес один из волхвов. Судя по «агентурным данным» Святовита. — Герцог Саксонии слишком притесняет нас. А ты, как мы слышали, имеешь на него влияние.
— Притесняет? Что же он такого делает?
— Грабит, — коротко и емко ответил военный вождь, тот самый, что имел опыт военной службы под рукой самого короля.
— Грабит, но войной не идет?
— Да куда ему идти? — Усмехнулся волхв Святовита. — Он ведь восстание поднял против Людовика и провозгласил себя рексом Саксонии. После того, как ты заставил Папу признать воровской коронацию деда Людовика, от того отвернулись Саксония и Франкония, подняв восстание. Вот война и идет.
— И кто побеждает?
— Кто его знает? По весне Людовик с герцогами Тюрингии и Баварии вторглись в Саксонию. Но отошли, одержав победу в битве. Поговаривают недуг их войско скосил. Слабило животами. Вот герцог Саксонии и пытается спешно собрать войско, чтобы на будущий год отбиться. Вот и грабит нас.
— А вы что? У вас разве силы нет?
— Есть. Но пока мы людей соберем — отряды саксонцев уже уйдут, оставив после себя только пожарища и трупы. Мы не успеваем.
— А вторгнутся и принудить к миру?
— Это кровь. Много крови. Нашей крови, ибо в Саксонии стоят укрепленные города. А брать их мы толком не умеем. От чего герцог и шалит, чувствуя свою неуязвимость.
— У меня большая торговля с герцогом.
— С фризами.
— Фризов держит герцог Саксонии.
— Держит, но может и не удержать. Поговаривают, что он их задавил поборами. И они собираются просится под руку конунга данов. Если тот их примет, герцог Саксонии проглотит это унижение. Ибо сражаться и с франками, и с данами одновременно он не сможет.
— Пока этого не произошло. Я хочу вам помочь. Но нужно подумать о том, как это лучше сделать.
— Ты мог бы выставить легион. Одно его появление на Эльбе отвратить саксонцев от набегов. После того, как твои комитаты играючи взяли Александрию и Иерусалим слава о них идет по всей земле окрест. Даны же и прочие народы моря на тебя чуть ли не молятся, почитая величайшим конунгом всех времен и народов. Герцог не посмеет противится твоей воле.
— Допустим. Но что я с этого получу? Сами понимаете — мне срываться и бежать куда-то просто так не с руки. Тем более, вступать в конфликт со своим старым союзником — герцогом Саксонии.
Ободриты предложили Ярославу за помощь дань и торговлю. Но объем ее не превышал уже того оборота, что установился с фризами. Просто потому, что западные славяне находились на куда более низком культурном и экономическом уровне развития. Кроме того, через Фризию Ярославу шли тяжелые кони — важнейший, просто стратегически важный ресурс. А что могли предложить западные славяне? Да ничего особенного. Все тоже самое сырье, что ему было доступно по Днепру и Двине. Ну и проблемы. Куда уж без них?
