Единой планировкой отличаются три других храма на рис. 23. Они посвящены Пиненкир (древней богине-матери Суз), вавилонской божественной чете — Ададу и Нинегаль (богу природных стихий и его супруге) и эламской божественной чете Симуту и Манзат. Все три храма, а также территория, прилегающая к ним, окружены прямоугольной стеной. Проникнуть внутрь можно было лишь через единственные ворота справа, выходящие на юго-запад. Отсюда мимо жертвенного стола вела выложенная большими квадратными кирпичами тропа наискось к входным воротам в центре фасада храма. Вероятно, эламиты направлялись к своим святыням не прямым путем, а наискось. В Чога-Замбиле, например, ни одна из семи дорог от ворот не вела прямо к порталу ступенчатой башни. Это, очевидно, считалось неподобающим.
Каждое из трех святилищ состоит из двух помещений. В переднем — по форме вытянутый прямоугольник — на пьедесталах стояла статуя бога или статуи богов, которым был посвящен храм. Так, в храме Пиненкир был размещен один пьедестал, в двух других — по два пьедестала. Слева сбоку находился узкий проход в другое небольшое удлиненное помещение, предназначение которого до сих пор еще не выяснено. К каждому из трех храмовых строений в переднем дворе вдоль левой опоясывающей стены примыкали еще четыре постройки. Они, вероятно, предназначались для жрецов, храмовых слуг и храмовой утвари. Входы в эламские храмы охраняли изваяния львов, быков или грифонов. Эламиты при этом не стремились к монументальным размерам своих статуй: для охраны святилищ было, вероятно, достаточно одного лишь китен, т.е. магического воздействия этих изваяний. В Чога-Замбиле, например, среди развалин храма Адада и Нинеталь были найдены терракотовые статуэтки быков, покрытые голубой глазурью, которые по своим размерам могли сойти в лучшем случае за бычков-телят. Но, невзирая на это, Ашшурбанапал в своем сообщении о завоевании Суз утверждал: «Я сорвал диких быков — украшение храмовых ворот».
Об архитектуре эламских храмов свидетельствуют лишь печати раннего времени, а также наскальные изображения из позднеассирийского времени из Ниневии. На рис. 24 (по печати III тысячелетия до н.э.) храм в древнем Эламе изображен как прямоугольное, довольно высокое строение, возведенное на террасе кирпичной кладки, фасад которого был, вероятно, украшен нишами, а позади сбоку, по-видимому, поднимались лестничные марши. В самом храме можно увидеть два дверных проема, один, левый, служил, вероятно, входом. Он частично был завешан тростниковой циновкой для защиты от солнечных лучей, в то время как правый проем служил лишь украшением. Крыша храма была плоской и состояла из нескольких горизонтальных слоев деревянных балок. Ряд маленьких прямоугольных оконных рам, расположенных между дверными проемами и крышей, служили для освещения и проветривания внутреннего помещения.
Самым броским элементом храма были шесть огромных рогообразных выступов — по три с двух сторон каменного строения. Здесь мы сталкиваемся е незнакомым нам до сих пор специфически эламским способом возведения храмов.
Еще в 646 г. Ашшурбанапал гордо провозглашает, что при завоевании Суз он приказал срубить «бронзовые выступы» на зиккурате. Рельеф из его царского дворца в Ниневии (находится у сегодняшнего Мосула) изображает верхний храм этого зиккурата в Сузах с двумя парами огромных выступов на фасаде (см. рис. 32).
О внутреннем убранстве эламских храмов из раскопок нам известно немногое, так как еще в древние времена все ценное было разграблено. Однако документы о жертвоприношениях или случайные находки с посвятительными надписями все же дают представление обо всем, что находило место в храмах.
Сюда следует прежде всего отнести статуи, отлитые из металла или изваянные из камня или глазурованной глины, изображающие не только божества или духов-покровителей, но и земных правителей и их многочисленных родственников. Одержавшие победы в войнах цари Элама с особым удовольствием ставили перед своим богом Иншушинаком захваченные в качестве трофеев стелы. Ашшурбанапал, в свою очередь, утверждал, что якобы увез 32 скульптурных изображения эламских царей, отлитых из золота, серебра, бронзы или изваянных из алебастра.
Храмам необходимы были также алтари и столы для жертвоприношений. Некоторые из них имели приспособления для стока жертвенной крови или жертвенных напитков. На алтарях и на помостах стояли, а на стенах висели самые разнообразные (предметы и посвятительные дары, например, изваяния овец, коз, черепах и многих других животных из дерева, бронзы или камня, серебряные изделия, знаки табу богов, всякого рода оружие, как, например, топоры, стрелы, мечи. Загадкой остается назначение покрытых глазурью глиняных рукояток, которые царь Унташ-Напириша, приказав написать на них свое имя, велел сотнями закопать, р умышленно оставленных пустыми помещениях зиккурата в Чога-Замбиле.
