– Да, проговорился, Баулин, красавец, артист, любимец, член ЦК ВЛКСМ, хотя плевать он, конечно, хотел и на ЦК, и на ВЛКСМ, только об актёрской карьере думал, о своих ролях, о том, как бы де Ниро переплюнуть и завоевать не только Мосфильм, но и Голливуд, что ему отчасти и удалось впоследствии. Опять я о нём, ну что я его так, прости господи? Возможно, между ними был секс, говорю, возможно, они демонстративно время от времени удалялись и возвращались, он как будто удовлетворивший похоть самец, она как будто несколько устыдившаяся добрачного секса невеста… Но, повторяю, ничего, ничего не было. Не было – я вам говорю, даже половой привязки между ними никакой не было. Была какая-то карьерная зависимость. На уровне ЦК или Госкино было решено, что это будет образцово-показательная комсомольская артистическая семья, которую надо двигать и продвигать. Советские Ален Делон и Роми Шнайдер. Я потом об этом узнал, когда мне половину зубов выбили, но это уже было сильно потом. А тогда он был настолько самовлюблен, что не замечал, не чувствовал опасности (потому что не любил её), а я всё приближался к ней. И она приближалась. По секрету ото всех, степ бай степ подходила всё ближе, чувствовала уже не опасность, а неминуемость. Впрочем, ему-то по большому счёту было всё равно – было опасно только для его образа всегдашнего победителя, сердцееда, а для карьеры – невозможно, чтобы его бросили перед самой свадьбой, из-под венца невесту увели. Но ничего, – думал я, – как-нибудь переживёт, петух самовлюблённый…
Я как-то не выдержал и тронул её за плечо, и она вздрогнула, и опять взгляды встретились – зрачок в зрачок – и полетели друг в друга – всё, она была моя. Да, артистки всем отдаются, всем зрителям разом хотят понравиться, но этот взгляд, эта дрожь, когда она вдруг горячими пальцами коснулась моего лба, чтобы поправить упавшую на лоб прядь, и я поцеловал эту её ладонь, и она не сразу её убрала… Всё, я понял, что она моя, а она – что я её. Не было пути назад. Всё.
Валя, которая попала под трамвай моей любви, извините за высокопарность, была в отчаянии, она-то всё видела. Стоп, должен заметить, она меня не любила, как я потом понял, она просто была потрясена предательством, срывом всех планов на жизнь, я для неё, уроженки Саратова, отличницы, был гарантированной отличной партией. И вот она видит, она не может не видеть, как у человека, то есть у меня, выросли крылья. И не в связи с ней, а в связи с другой женщиной… А они были похожи, и цветом светлых волос, и лучистой серостью глаз, и аккуратностью фигур, Валя, может быть, в чём-то со своей спрятанной манкостью была даже лучше, а я запал на артистку, у которой – только взгляд. Не только, конечно…
Да, резонанс, магнитный резонанс. Вот, слово найдено – магнитный резонанс.