Тор не ответил. Он понимал, что ученый из Тронхейма прав. Но это какая-то мучительная правота. Их инструкторы, английские офицеры, избегали говорить с ними на подобные темы. Чему их учили? Относиться ко всему как можно проще, не терзаясь ненужными вопросами и сомнениями. В основе такого обучения скрыта и своеобразная психологическая подготовка. Делалось все, чтобы курсанты могли с легкостью отмести любое сомнение. Храбрость, ловкость, изворотливость, жестокость, беспощадность и непримиримость — вот цели спецподготовки. И кто этой цели достиг, обладает всеми качествами и знаниями, которые необходимы профессиональному гангстеру.
Самая крупная в Англии фабрика сейфов поставляла сюда двери от сейфов всех систем, иногда весом в несколько тонн. Специалисты из Скотланд-Ярда, изучившие опыт «медвежатников» всего мира, демонстрировали курсантам, как эти чудеса «секретной техники» вскрываются быстро и бесшумно.
Чтобы освободиться от этих мыслей, Тор рассказал профессору, чему их здесь обучают. Тот улыбнулся:
— Видишь, какие тонкости стали тебе известны! Так что о куске хлеба в мирное время можешь не беспокоиться.
Зашли за угол одного из домов. К своему удивлению, Нарвестадт увидел человека, который висел, держась одной рукой за карниз. Его ноги болтались всего в метре от земли.
— Что это вы тут делаете? — спросил он.
— Вишу, как видите, — ответил тот. Его слова прозвучали не слишком-то весело.
— А почему, во имя всего святого, вы не опуститесь?..
Тор похлопал Нарвестадта по плечу и указал на куклу в человеческий рост в каске немецкого солдата. Она была как бы на шарнирах и сейчас как раз повернулась в их сторону.
— Понимаете, господин профессор, сейчас ночь. Ночь у нас может быть в любое время, Йон Скинндален, вот этот самый молодой человек, собирался залезть на крышу этого дома, которая, надо сказать, крыша не этого дома, а любого на выбор заводского здания в Норвегии. И, между прочим, высотой метров в двадцать, Йон уже почти на крыше, но тут из-за угла появился этот немецкий часовой — вернее, это сержант Гроу его так повернул. Что Йону Скинндалену делать? Спрыгнуть? Либо шею себе сломает, либо часовой его пристрелит. Продолжать карабкаться вверх? Часовой услышит. Включит прожектор и подстрелит Йона за милую душу.
— А где сержант Гроу? — поинтересовался Нарвестадт.
— В столовой. Там подают ароматный крепкий чай. Скинндален даст о себе знать, если отпустит руку — то есть, если будет «мертв».
Нарвестадт покачал головой.
— У него практически нет шансов на спасение.
— Скорее всего, — кивнул Тор. — Гроу-то что? Закажет себе один сандвич, другой. Сколько угодно. Перед ним ящик управления этими куклами. В данном случае есть все-таки возможность, что «часовой» уйдет. Тогда Йон победил. Неизвестно, каковы его шансы. Но часовой может уйти прежде, чем у Йона разогнутся пальцы. Значит, он не должен сдаваться.
Профессор глубоко вздохнул и с сочувствием и надеждой посмотрел на висящего на одной руке юношу. Тот попытался улыбнуться, несмотря на боль, и отдать честь второй рукой, в которой держал автомат. Но на это у него не хватило сил.
Тор пожал плечами.
— Так может и целый час пройти…
— А сам сержант Гроу хоть иногда висит на карнизах? — спросил Нарвестадт.
Лейтенант поглядел на него с удивлением.
— Ему-то зачем? Ему не придется карабкаться в Норвегии на крыши домов и заводов.
— Но он должен по собственному опыту знать, где граница возможностей человека, и соответственно составлять требования к нему.
— А он ничего не требует. Если Йон отпустит руку через минуту — его дело. Гроу ему ни полслова не скажет. Он только пометочку в своей книжке сделает. То же самое, если Йон придет через два часа. Но если Йон несколько раз явится «через минуту» — продолжим этот пример, — то в один далеко не прекрасный день ему скажут: «Йон Скинндален, мест здесь в обрез». И вы уж поверьте мне, любой «Йон» предпочтет хоть три часа висеть на карнизе. Ни сержант Гроу, ни офицер не посланы сюда, чтобы нам что-то демонстрировать. Они здесь для того, чтобы отобрать группу и продумать ход операции. Единственное исключение — боксеры. Среди них несколько чемпионов Англии. Мы боксируем и в перчатках, и без перчаток. Без всяких правил. Можно бить и ниже пояса… А сейчас извините, через пять минут начнется тренировка. Пожалуйста, не провожайте меня…
Профессор снова сочувственно улыбнулся, прощаясь за руку со своим молодым другом. «Да, нелегкий ты выбрал для себя хлеб, Тор Нильсен, но, я знаю, ты выбрал его сам».
Лейф Нарвестадт вернулся в служебный кабинет капитана Макферсона. Выложил на стол из портфеля целую кипу чертежей.
— Все это — важнейшие элементы конечного каскада D2O. Если сделать их из дерева в натуральную величину, вы получите наглядный материал высшего качества. И тогда наши ребята не уставятся как баран на новые ворота, оказавшись перед заводом в Веморке.
Капитан пододвинул чертежи поближе, внимательно рассмотрел.
— Черт его знает, а вдруг мы эти декорации построим зря, — проворчал он. — По крайней мере по сегодняшний день господа из Лондона не откликаются.
