Кабельная траншея завершалась вертикальной шахтой. Тор осторожно поднял пакеты со взрывчаткой, которые толкал впереди себя, когда полз. Привстав, уперся головой в крышку люка. Она довольно легко поддалась — и Тору открылся вид на огромный зал. Сразу бросился в глаза шестиступенчатый конечный каскад системы высокой концентрации и пульт управления с множеством амперметров, вольтметров, газометров и другой аппаратуры. Они у цели. А во всем зале — всего один человек. Сидит перед пультом, углубившись в книгу. Слышится тонкое жужжание какого-то аппарата. Тор колебался: окликнуть дежурного или нет? Скорее из спортивного интереса, чем по необходимости, выбрался наверх. Дежурный, увлеченный чтением, ничего не услышал. Тор подал руку Скинндалену и рывком вытащил его. И вот они, два солдата норвежской королевской армии, проникли в самое сердце тщательнейшим образом охраняемого объекта серьезнейшего стратегического значения. Они проникли сюда вопреки всем приказам и предостережениям господ Шпеера и Фалькенхорста, всем заботам генерала Мюллера, всем мерам наблюдения и охранам — ничто им не помешало! Сержант Гроу с его теорией «макаронины», знания Нарвестадта и их сердца оказались сильнее.
Дежурный по залу испуганно вскочил, когда ему дружелюбно сказали:
— Добрый вечер, приятель!
Открыв рот, он уставился на двух незнакомцев с автоматами в руках.
Тор приложил палец ко рту:
— Тс-с! Ни слова, земляк, — и, улыбнувшись, добавил: — По крайней мере, громко.
Тот молчал, ошеломленно на них уставясь.
— Посмотри на нас внимательно: мы солдаты короля. Таких здесь не каждый день увидишь, — сказал Йон Скинндален.
— Короля? — с трудом выдавил из себя рабочий.
Тор расстегнул куртку, чтобы тот смог разглядеть мундир. А потом сказал:
— А теперь мы попросим тебя стать лицом вон к той стене. И не оглядываться, не то мы рассердимся.
Рабочий подчинился без слов, Йон и Тор обошли всю установку, разложив, где надо, пачки взрывчатки. При этом они старались не спускать глаз с двери. Затем принялись укреплять на каскадах и аппаратах пакеты с динамитом, спокойно и четко, во всем следуя расчетам Кнута Крога. Рабочий, следивший, так сказать, за происходящим ушами, предостерег их:
— Вы там поосторожнее! Если здесь грохнет, небу жарко будет! Смотрите, чтобы не было короткого замыкания!
— Не тревожься, старина, — ответил Йон. — Мы явились сюда всего лишь затем, чтобы помочь тебе вытереть пыль!
Движения их были быстрыми и ловкими, заученными во время многочасовых тренировок. Не прошло и пятнадцати минут, как они свели все провода взрывателей и подсоединили их к часовому механизму.
— Боже мой, что вы там делаете? — спросил дежурный, близкий к истерике.
— Ничего, так, кое-какие мелочи, — попытался успокоить его Йон.
— Хотите разнести эту лавочку к чертям?
— Если выйдет, почему бы и нет, — негромко рассмеявшись, ответил Йон.
Тор вытер руки и подошел к дежурному.
— Ладно, давай без шуток. Да, мы хотим взорвать. Это необходимо. И тебе тоже во благо. Не знаю, способен ли ты сейчас это осознать или нет. Во всяком случае, пока это заведение в руках немцев, дело дрянь. С его помощью Гитлер может уничтожить миллионы людей. Поэтому — надо его взорвать. Мы тебе зла не желаем. Вот как мы с тобой поступим. Ты хорошенько понюхаешь этот тюбик. В нем хлороформ. И обо всем забудешь. И ни о чем таком ты и знать не знал. Мы вынесем тебя отсюда и положим где-нибудь в надежном месте. И скоро, очень скоро появится человек, который тебя и обнаружит. Согласен?
Дежурный недоверчиво переводил взгляд с одного на другого.
— А если я скажу «нет»? — пробормотал он.
Тор Нильсен покачал головой.
— Мы твоего согласия спрашивать не станем. Ты должен лежать… ну, как бы без сознания. Не то немцы тебя убьют. Как ты полагаешь, что лучше: хлороформ или чтобы мы тебя стукнули чем-нибудь потяжелее?
— Вы меня правда унесете?
— Клянемся своими королевскими мундирами, земляк!
— Я готов, лейтенант, — сказал сержант Скинндален.
— Давай, вдыхай поглубже, — обратился к дежурному Нильсен, передав ему тюбик и быстро отступив на несколько шагов. — Включай! — приказал он сержанту.
Потерявшего сознание дежурного он взвалил себе на плечи, Скинндален сложил все инструменты в кожаный мешочек, и они оставили зал. По узкой железной лестнице спустились на первый этаж. Бесшумно отодвинули засов открытых уже ворот — и оказались на воздухе. Пройдя шагов тридцать, осторожно положили дежурного под заснеженный куст при дороге. И — ходу.
Халвор Вармевоолд и Килл Сиверстадт ничего подозрительного не заметили. Они до рези в глазах вглядывались и вслушивались в ночную мглу, но кроме завываний ветра так ничего и не услышали. Только однажды часовой на крыше аммиачного цеха включил прожектор. Его луч пробежался несколько раз по стенам цеха напротив, выхватив из тьмы хитросплетения труб. Вскоре и он погас.
Но вот они услышали хлопок взрыва. Сам звук оказался куда слабее, чем они ожидали. Наверное, ветер отнес его в сторону. На тыльной стороне здания цеха зажглись огни.
— Стекла-то у них повылетали, — сказал Халвор.
