Поскольку штаны отца Фаерс оказались иномирянину короткими, а найденная рубашка трещала по швам в плечах, то полузверю пришлось ехать в том, в чем он был заброшен в Канаду. Естественно, его охотничий наряд отличался от общепринятого, и несколько праздношатающихся по залам зевак проводили Аррума любопытными взглядами. Мелани уцепилась в рукав заинтересовано крутившего головой мужчине и отбуксировала его к первому попавшемуся одёжному отделу.
— Здравствуйте, я Эшли. Ищете что-то конкретное? — незамедлительно подошла к клиентам девушка-консультант.
Мел поздоровалась, тогда как Аррум молча оглядывал полки и вешалки с цветным тряпьем. По его мнению, такое могли носить лишь обитатели Увеселительного дома и девица в юбке, открывающей колени, и полупрозрачной цветастой блузке была тому подтверждением.
— Ты адресом не ошиблась? — шепнул трагирец на ухо спутнице, за что схлопотал тычок.
— У моего друга на слёте толкиенистов спёрли всю одежду, так что ему срочно необходимы джинсы, футболка, обувь и прочее по мелочи. Говорила я ему, не нужно останавливаться в том дешевом мотеле, да кто меня слушал? А теперь остался в том, в чём по лесу шастал, а чемодан уплыл в неведомые дали.
Эшли запричитала и взялась помогать «обворованному» с особым рвением. То по руке Арруму проведёт, разглаживая складки на рукаве, то воротничок поправит, невзначай коснувшись ключицы, то присядет к отвороту штанины, при этом таращась на мужской пах.
Мелани умело скрывала своё раздражение, изредка вставляя фразы в монолог продавщицы о фактурности покупателя. Ещё бы ей не восхищаться, когда оборотень, игнорируя раздевалку, переодевался прямо посреди магазина, будто специально хвастаясь своим телом. Он бы и штаны там стащил без стыда, на радость Эшли, да Фаерс загнала его в кабинку и объяснила, для чего та предназначена.
Мел отдала консультантке назад несуразную черную футболку с черепом, выложенным розовыми стразами, и попросила чисто-белую: к уже отложенным классическим синим джинсам она стопроцентно подойдёт. От Аррума толку не было. Он словно язык проглотил и без возражений напяливал на себя всё, что ему подносилось. Единственным, что радовало Мел в волчьей индифферентности, было то, что он никак не реагировал на бесцеремонные заигрывания.
— Улыбнись Эшли разок за то, что стелется пред тобой. Не держи морду кирпичом, — посоветовала Фаерс, когда девушка ушла в дальний угол магазина копаться в висящих на плечиках шмотках.
— С падшими женщинами не якшаюсь, — гордо вскинул подбородок оборотень.
— Ты что, чуешь, как от неё несёт десятком мужиков? Ты же обещал отключить обоняние, — шепотом выразила недовольство Мелани.
— Мой нос ни при чём. Видно невооруженным глазом: она больше раздета, чем одета, и волосы острижены. Позорище! Её месяца три назад из клана выгнали за прелюбодеяние, а ей неймётся. На меня вешается.
Мел посмотрела на Эшли внимательнее. Крашенные в блонд волосы, аккуратная прическа — кажется, такая «пикси» называется, — со спадающей вправо удлинённой челкой. Голубые глаза малость подчеркнуты тушью и карандашом, неброская помада. Одежда — золотая середина: без излишней скромности и развязности. Фигура точенная: с выпуклостями и плоскостями в нужных местах. Фаерс даже завидно немного стало. Сама она предпочитала спортивный стиль и не носила обтягивающие фасоны, считая, что больше походит на подростка чем на полноценную женщину, и выставлять напоказ ей было нечего.
— Футболку берём без примерки. Принесите, пожалуйста, кроссовки и носки, — спровадила подоспевшую консультантку Мелани и повернулась к Арруму. — У тебя доказательная база на её счет есть?
— Застигнутых «на горячем» изменщиц и продажных женщин у нас обривают наголо и выгоняют из деревень. А у этой… Эшли волосы едва отросли. И ведёт она себя доступно, коленками светит. Заманивает слабых плотью мужчин к себе в постель. Презир-р-раю таких.
— Что ж, экскурс в трагирские традиции был поучительным, — Мел поковыряла штрих-код на пакете с футболкой и принялась продумывать шаги того, как перекроить неандертальское мировоззрение на современный, земной лад.
Обзаведясь гардеробом и выбросив чек с номером телефона Эшли, Мелани отвела Аррума к «цирюльнику», где опять пришлось выслушивать восхищенные ахи, на этот раз по поводу структуры и густоты волос. Отказавшись от модных стрижек и увещеваний оставить длину, Фаерс стояла на своём: «Снять всё, оставив дюйм».
— Может, рисунок сделать? — предприняла попытку уговорить клиентов нацелившаяся на творческую работу стилистка.
— Рисунок? — заинтересовалась девушка.
— Могу линии выбрить или что-либо по-вашему эскизу. Будет стильно смотреться при короткой стрижке.
— Альбомы есть, чтобы выбрать? — загорелась идеей Фаерс.
— Конечно. Мия, подай, пожалуйста, — обратилась женщина к напарнице, и полчаса спустя Аррум обзавелся ромбически выбритым переплетением, идущим от левого виска к затылку. Тогда как справа волосы просто подровняли под требуемый Мелани дюйм.
— Нравится? — спросила стилистка, закончив жужжать машинкой.
