– Неуместно… – протянула я, целуя его в уголок губ. Телохранитель дёрнулся, чтобы отстраниться, но от меня так просто было уже не спастись. – Неуместно вести себя так, как ведёшь ты. – Щека, прикусить мочку уха, поцеловать в ямочку на шее. – Чурбан, который не умеет ни улыбаться, ни чувствовать. Поспоришь?
– Мне платят деньги за то, чтобы охранять вас, – отозвался Стас.
– Что? Не за секс со мной? – ласково проворковала я.
Злость достигла нового масштаба – холодной ярости. Больше она не затмевала сознание, а заставляла мыслить максимально ясно, словно голова превратилась в прозрачный кристалл, на котором видна каждая трещинка. Станислав молчал, а молчание – знак согласия. Я усмехнулась, провела губами по его шее… и отчаянным поцелуем коснулась кожи, оставляя после себя яркий засос.
– Так вот запомни, – еле слышно прошептала я, пальцами чертя круги на его обнажённой груди, надавливая ногтями, чтобы на коже оставались красные полосы. – Ты сейчас держал меня в своих объятиях не ради денег, не ради них ты хотел доставить мне удовольствие. И не из-за деловых отношений целовал так бесконечно долго и стонал так отчаянно. Можешь сколько угодно строить из себя статую, но я всё равно докажу тебе обратное.
С этими словами я гордо открыла дверцу авто с водительской стороны и соскользнула с колен Станислава – весьма грациозно, стоит отдать мне должное, хоть ноги и подкашивались от недавно пережитого оргазма и дикой обиды. Поправила платье, зачесала пальцами волосы, вдохнула полной грудью – и, обойдя машину, заняла пассажирское сидение. Потом достала электронную книгу и принялась читать, дожидаясь, когда пробка рассосётся.
Ничего, я крепкая. Это господин телохранитель ещё поплачет, что ему больше нравится роль одинокого гвардейца, а не инквизитора, который сжимает в руках податливое и горячее тело своей ведьмы. Я ещё устрою ему план-максимум на этих выходных! Регина Светлакова так просто не сдаётся, не на ту напал.
Единственное хорошее, чему я научилась у мамы – не считая, конечно, любовь к актёрскому мастерству, так как она была врождённой, – это из любой ситуации выходить с видом победителя. Чтобы окружающие при виде тебя ни за что не думали: «Ох, бедняжка, как же так получилось?» Чтобы ты была не жертвой, а охотником.
Мама вспыльчивая, импульсивная и всегда совершает сотню ошибок. На каждом шагу. Такой уж у неё характер. Мы редко созванивались, редко встречались, но за короткие промежутки времени, проведённые вместе, я успела стать свидетельницей бесконечной череды неловких ситуаций. Ситуаций, которые ввели бы в ступор, а может, даже послужили бы причиной истерики, если бы в то время случились со мной, а она… Мама просто гордо шла вперёд.
Итак, главное правило: в любой непонятной, неприятной или невероятной ситуации веди себя так, словно всё идёт по плану. Наглость – второе счастье, а самоирония – лучшее оружие. Если ты скрываешь собственные ошибки, провалы или проблемы, значит, ты их стесняешься. Ведь так? А фиг! Плюнь на них, прими, выстави для всех так, словно это не ситуация, в которой ты опростоволосился, а визитная карточка.
Сломала каблук? Оторви второй и гордо пройдись по улице. Чего смотрите? Это не странность, это такая новая мода. Хотите попробовать? Сфотографируй, выложи в соцсеть, сделай забавную подпись – и вуаля! Над тобой не смеются, смеются вместе с тобой.
Расстегнулся лифчик посреди важного мероприятия? Ну ок, ну расстегнулся. С кем не бывает? Хотите, сниму вообще? Мне стесняться нечего, зажиматься не собираюсь.
Иногда малейшие проблемы выводят нас из себя, заставляют чего-то стесняться, бояться, оглядываться, переживая за мнение других людей, а на самом деле… Эй, детка, да всем срать на тебя, пока ты сама в себе уверена. Вот он, вопрос самооценки.
Поэтому в субботу днём я спокойно пожала плечами и закинула в тележку, которую вёз Стас, упаковку презервативов. Телохранитель, кажется, слегка подавился и даже сбился с шага (после прошлого вечера я лучше начала замечать перемену его настроений, хотя Станислав вроде бы оставался привычно бесстрастен). То ли удивился, то ли ужаснулся. Я же спокойно продолжила изучать товары на полках. А что такого? Да, купила. Успокойся, милый, как бы ты ни противился, тебе они ещё понадобятся!
Я в целом выглядела абсолютно спокойной и уверенной в себе. Ни секунды стыда, ни мгновения замешательства. Пощупали друг друга в машине, получили неплохую разрядку, могли спокойно попасться на глаза сотне людей. Пфф! С кем не бывает?
А где-то в душе скромная, милая и абсолютно фригидная Регина истерично размахивала руками и орала: «СО МНОЙ не бывает!» Со мной не было. Не бывает. И не будет. Потому что в душе я тряслась, как осиновый лист, и чертовски краснела.
Но легче быть уверенной в себе стервой – их или любят, или уважают, или ненавидят. Не жалеют. А над забитыми стесняющимися девочками ощущают превосходство.
