Грёбаное либидо, всё по Фрейду! Но Стас упорно продолжал поминать старичка, который явно ворочался в гробу от такого внимания, и стоически терпеть.
– Ты мужик, или кто? – с усмешкой спросил Вероцкий у своего отражения.
Взгляд зеркальной копии недвусмысленно намекал: «Я, конечно, мужик, но тут такие дела… так что давай без понтов». И смотрел так печально-печально, как побитый щенок. Или котёнок, что ещё хуже.
Стас глубоко вздохнул, поправил рубаху, автоматически мазнул рукой по боку, где должен был висеть пистолет… Оружия не было. Вероцкий и сам не знал, почему решил оставить пистолет, с которым последнее время был почти неразлучен, дома. Очередное проявление либидо? Зачем настоящему мужику два ствола, когда и один хорошо действует?
«Господи, о чём ты думаешь, Вероцкий! – мысленно одёрнул себя Стас. – Лучше бы вспомнил, что ты, вообще-то, работаешь. А клиентка сейчас там совершенно одна».
И Станислав, стиснув зубы, всё же вывалился из уборной. Пора возвращаться к своим непосредственным обязанностям.
Переход на личности в работе недопустим, особенно в такой работе, как у него. Одно дело – дружба с клиентом, как было с Лисиным. Спокойные беседы, которые не лишают бдительности. Да и какая бдительность, когда у старика даже недоброжелателей почти не было? Лишь безграничная паранойя. Но то, что происходило сейчас, – дело совсем другое. Сейчас Стас кипел, клокотал, нервничал и не мог собраться с мыслями. Его не отпускало ощущение опасности, ощущение, будто в любое мгновение из-за угла может выскочить урод с автоматом и в упор расстрелять Регину. Зачем – уже другой вопрос. Впрочем, с девочки-катастрофы станется и самостоятельно лишить себя жизни. Вот что она делает, пока его нет? Мерит бельё? Подыскала очередную жертву, которая будет готова оценить новый комплект? О-о-о, Стас не отказался бы от того… фиолетового. Или как там называется этот цвет? Лиловый? Не на себе, конечно.
На ней. И лучше, чтобы бельё это постепенно покидало тело. Желательно, с его помощью.
Очередной вздох, плотно сжатые губы и секундная заминка, чтобы вернуть спокойствие. Да что же это творится? Начинает думать о работе, а мысли плавно перетекают на совсем нерабочие темы. А потом окажется, что мать была права в каждом грёбаном слове? Клиентка наиграется, вернётся к своему боссу и сводному брату, а он останется как та старуха у разбитого корыта? Она же шлю…
Стас аж закашлялся на этой мысли. За последние дни он совсем перестал использовать это слово по отношению к Регине. Да, возможно, её связывают отношения с…
– Да какая разница с кем! – проворчал Стас, возвращаясь в магазин белья. – Это личная жизнь, меня она не касается.
– Скажу по секрету, касается, – с улыбкой шепнула продавец-консультант, в мгновение ока оказавшаяся рядом с ним. – Покупки вашей девушки, – пояснила она, кивнув в сторону пары плотных пакетов. – Там такое дорогущее и нежное бельё, что я завидую вашей сегодняшней ночи.
Стас смерил девчушку печальным взглядом. Рыжая, с забавным бойким хвостиком на макушке, одухотворённая и совсем молоденькая. Сразу видно: действительно думала исключительно о чём-то возвышенном и романтичном, когда пробивала покупку клиентке.
– Да, я тоже… завидую, – спустя пару секунд молчания искренне согласился Вероцкий.
Жаль, рыжая не знает, что ночь пройдёт весело. Для Стаса – в спорте, для Регины… возможно, в примерке новых купленных трусиков и лифчиков. Но в гордом одиночестве. Потому что работу и личную жизнь смешивать не стоит, даже если тебя к человеку тянет. Особенно если тебя к нему тянет. Потому что защитить близкого гораздо сложней, чем обычного клиента.
Эмоции мешают.
– А вот и ты, – пропела Регина, вылетая из отдела мужского белья. – Смотри, какую красоту нашла.
Смеясь, она продемонстрировала плотные боксеры с эмблемой супермена на заднице. Обошла Стаса кругом, приложила трусы к вышеозначенному месту, нахмурилась, придирчиво разглядывая получившуюся картину.
– Нет, Тамарочка, вы были правы, – наконец, выдала она. – Бэтмен как-то брутальней… а те серые, фирменные, которые мягкие, вообще замечательно смотреться будут.
В первое мгновение Вероцкий опешил, потом вновь ощутил это одновременно неприятное и волнующее ощущение, когда горло перехватывает, а в лёгкие и в мозг перестаёт поступать кислород, и… вспылил. Она что, решила окончательно его достать? Хотя в чём вопрос? Конечно, решила.
– Р-регина!
И, резко развернувшись, устремил взгляд прямо на клиентку, которая так и стояла, прикладывая боксеры к… уже не к заднице, стоит заметить. Она ещё пару секунд стояла, рассматривая найдённый в магазине трофей, затем выпрямилась и дерзко встретила его взгляд. Ни капли не испугавшись и не признавая свою вину. Да она даже Генри боялась больше, а Генри, вообще-то, лапочка (и это не обсуждается).
– Давайте серые, – не разрывая зрительного контакта, проговорила она. – И с Бэтменом, чтобы были. М-ку, пожалуйста.
