Алиса подгадала день и время, когда в лаборатории было мало людей, чтобы совершить свою недозволенную вылазку. В подвале оказалось сыро и абсолютно темно, поэтому сделав всего несколько шагов вниз, ей пришлось вернуться за факелом. Когда она преодолела последний пролет, ноги погрузились в противную грязь в перемешку с водой и в ботинках тут же захлюпало. Насколько позволял разглядеть свет от факела, помещений здесь не было — только поддерживающие колонны разделяли большое пустое подвальное помещение. Было жутковато и мерзко. И пусто. Совершенно пусто — теперь-то понятно, почему сюда никто не спускался — тут попросту нечего делать. Спуститься вниз было глупой затеей, еще и ботинки придется отмывать от этой неприятной склизской грязи. Алиса не провела внизу и пяти минут, а уже успела надышаться подвальным затхлым воздухом, в носу все чесалось. Нужно было подниматься наверх. Она уже хотела было вернуться к лестнице, не найдя ничего интересного, когда что-то впереди блеснуло. Осторожными шагами, так, чтобы не поскользнуться, она направилась в сторону непонятного отблеска. То, что она увидела, когда приблизилась, напомнило ей свалку. Штативы капельниц, компьютеры и какие-то аппараты. Несмотря на то, что Алиса не была специалистом в медицинском оборудовании, она сразу узнала приспособления, которые обычно используются для триттерства. Эти были старыми, местами ржавыми, грязными и очевидно давно не использовались. Они не были точно такими, какие она привыкла видеть в больнице Города, скорее, это была их предыдущая версия. Но это определенно было то, о чем подумала Алиса. Скорее всего все это осталось от старой лаборатории. Вполне понятно, почему эти аппараты брошены здесь и не используются — Хранители ненавидят все, что связано с триттерством. Но если бы только у Дородо получилось их проверить и восстановить, это бы помогло быстрее вылечить Дэна — Алиса вполне могла бы стать триттером для него. Ведь необязательно передавать всю рану, но часть боли Алиса вполне смогла бы разделить с ним — вместе они быстрее восстановятся. Хотя если нужно, Алиса готова забрать все. Она уже даже представила гневные огоньки в зрачках Геруко из-за того, что Алиса решила воспользоваться технологиями Центра. Представила, как будет ругаться Дэн, когда придет в себя, за то, что она стала для него донором. Но Алисе было плевать — главное, что Дэн уже совсем скоро сможет вернуться к ней.
Справа что-то зашевелилось. Алиса испуганно отскочила и инстинктивно выставила вперед факел. В крысиных глазах-пуговках блеснули отражения пламени. Хозяйка подвала махнула длинным лысым хвостом и отправилась восвояси. Алиса облегченно выдохнула и усмехнулась, что после всего пережитого могла испугаться обычной крысы. Она еще раз обернулась взглянуть на кучу старого инвентаря, чтобы убедиться, что та ей не померещилась. Но вдруг взгляд уперся в чью-то грудь. Человек! Высокий, широкоплечий, и большим плоским и неприятным лицом. Уголки его губ были перекошены влево, а глаза навыкате так и наровили выскочить из орбит. От увиденного у Алисы закончился воздух.
— Она убила, — произнес он, глядя словно сквозь Алису. Вылетая из перекошеного рта парня, слова тянулись медленно, по слогам, словно пожеванная жвачка. Голос был похож на мычание коровы.
Алиса вздрогнула от неожиданности. Ноги онемели, надо было уйти, убежать, но она не могла.
— Она убила, она убила. Это ты убила. Убийца. Папа-а-а, — голос большого человека сорвался на хныканье, словно перед Алисой стоял ребенок. — Зачем ты это сделала?
Алиса осторожно, без резких движений отступила назад. Человек протянул руки, словно пытаясь ухватиться за нее и шагнул к ней. Девушка сорвалась с места, чтобы убежать, но в следующую секунду звук другого, уже знакомого голоса, ее остановил.
— Все хорошо, все хорошо, Макс. Все хорошо.
Алиса обернулась. Дородо. Он говорил это так спокойно и уверенно, что даже Алисе стало спокойно. Она вытянула шею, которую до этого успела вжать в плечи, и обернулась проследить, что будет делать Дородо. Он обнял коренастого парня и успокаивающе похлопал его по спине. Со стороны выглядело это забавно — словно котенок успокаивает бульдога.
— Вот ты где, Макс. А я тебя потерял. Все хорошо. Все хорошо, — повторял Дородо с такой интонацией, с какой обычно обращаются к малышам. Алисе было хорошо знаком этот тон — так она сама обычно разговаривала на работе с детьми, которые долго ждали своих родителей и начинали переживать, что про них забыли. — Это Алиса. Ты уже видел Алису? Она недавно пришла к нам. Ну брось, все хорошо, парень. Все хорошо.
