Сохранившиеся записи юного подпоручика за 1786 г. прямо свидетельствуют об этом. «Божеские законы запрещают народам восставать на царей? — возмущался будущий император, а пока младший лейтенант. — Что за нелепость!.. Нет закона, которого народ не мог бы отменить»[162]. Ж. Тюлар имел все основания заявить, что «Бонапарт был республиканцем задолго до взятия Бастилии, раньше Робеспьера и Дантона»[163].
Итак, Наполеону около 20 лет. Как он тогда выглядел? Об этом сохранился подробный (скорее всего, приукрашенный) рассказ Лауры Пермон, будущей герцогини д'Абрантес, которая в то время была 5-летним ребёнком. «Самым очаровательным в нём был его взгляд, — вспоминала герцогиня, — и прежде всего какое-то мягкое, милое выражение его лица в минуту внутреннего расположения. По правде говоря, когда наступала гроза, то это было просто ужасно; я не из робкого десятка, но, должна признаться, старалась не глядеть на его прелестную, оживлённую физиономию в приступе гнева, который всегда вызывал у меня дрожь; у него была пленительная улыбка, но от презрительного шевеления губ тоже пробегали по коже мурашки. Но всё это — его голова с широким лбом, на котором будут сиять короны этого мира, его нежные руки, которыми могла бы гордиться любая кокетка, его эластичная белая кожа, под которой выпирали стальные мышцы, его благородная косточка офицера — всё это не проявлялось в детстве и заявило о себе в полный голос только тогда, когда он превратился в пригожего юношу»[164].
Поскольку Наполеон в то время был тонконог, и офицерские сапоги казались на нём непропорционально большими, старшая сестра Лауры Сесилия назвала его: «Кот в сапогах». Наполеон поначалу обиделся, но, к чести его, быстро смог оценить юмор девочки и подарил ей изящное издание сказки Шарля Перро «Кот в сапогах», а заодно и Лауре игрушку: «Кот в сапогах бежит за каретой своего хозяина маркиза Карабаса»[165].
Кстати, именно в первые годы офицерской службы появились в жизни Наполеона первые женщины. Дважды, мальчишески целомудренно, влюблялся он за время службы в Валансе. Сначала в салоне местной «львицы» мадам Грегуар дю Коломбье он познакомился с её 16-летней дочерью Каролиной (своей ровесницей) и увлёкся ею со всей силой и простодушием первой любви. «Мы назначали друг другу тайные свидания, — вспоминал об этом император на острове Святой Елены. — Помню особенно хорошо одно из них, в раннее летнее утро. Никто не поверит, что всё наше счастье заключалось в том, что мы вместе ели вишни»[166]. Мать Каролины сочла младшего лейтенанта Бонапарта невыгодной партией для своей дочери и выдала её замуж за капитана Гарремпеля де Брессье. А Наполеон сохранил о своей первой любви светлую память и, став императором, «пожаловал мужу Каролины, её брату и ей самой титулы и знаки отличия»[167].
Позднее в том же Валансе приглянулась Наполеону хорошенькая мадемуазель де Сен-Жермен. Её отец Жозеф де Сен-Жермен был королевским откупщиком. Ему наставил рога сам король Людовик XV. Жена откупщика родила от Его Величества дочь Луизу-Аделаиду. В неё и влюбился Наполеон, да так серьёзно (на его взгляд), что рискнул просить у отца Луизы-Аделаиды её руки. Откупщик младшему лейтенанту в этой просьбе отказал, резонно сомневаясь, светит ли ему достойное будущее. «Так, — заключает Андре Кастело, — будущий император чуть было не стал негласным зятем короля Людовика XV»[168]. Луиза-Аделаида вскоре выйдет замуж за графа Жан-Пьера де Монталиве, которого, как и де Брессье, император Наполеон не обойдёт своей милостью, а именно сделает его своим министром внутренних дел.
