Поскольку австрийская и сардинская армии вместе и даже одни австрийцы значительно превосходили французов числом (и людей, и орудий), успех кампании зависел от реализации двух условий: во-первых, от того, сумеют ли французы ударить по сардинцам внезапно, и, во-вторых, смогут ли они маневрировать между сардинцами и австрийцами так искусно, чтобы не подставить себя под ответный удар превосходящих сил противника.
В поход к невиданным дотоле со времён Александра Македонского и Юлия Цезаря вершинам воинской славы Наполеон повёл апрельским утром 1796 г. уже не «скопище оборванцев». Да, его Итальянская армия ещё не была в должной мере сытой, одетой, обутой; отдельным её частям не хватало даже оружия. Но теперь она стала боеспособной, дисциплинированной, идейно и морально окрылённой, т.е. преобразилась до неузнаваемости.
Для вторжения в Италию Наполеон заранее выбрал самый короткий, хотя и самый опасный путь, сопряжённый с громадным риском. Он повёл армию по знаменитому «Карнизу» — прибрежной кромке вдоль приморской горной гряды Альп, которая вся, от начала до конца, простреливалась с моря английскими боевыми кораблями. Но появление французского воинства на такой дороге было столь неожиданным и прошло оно по «Карнизу» столь быстро, что, возможно, англичане (а сардинцы тем более) не могли и помыслить, чтобы французы отважились на такую дерзость. Как бы там ни было, армия Наполеона без потерь (если не считать нечаянной гибели его друга, армейского интенданта Феликса Шове, больно ранившей главнокомандующего) вторглась на территорию Пьемонта. Глядя на опоясанные снегами вершины окрестных гор, Наполеон воскликнул: «Ганнибал перешёл Альпы, а мы их обошли!»
Теперь перед Итальянской армией довольно неожиданно оказались — вразброс, тремя группировками — и сардинские, и австрийские войска. Наполеон мгновенно сориентировался в ситуации (надо «бить по частям»!) и нанёс первый удар по центральной группировке, которую составлял австрийский корпус генерала Е. Аржанто, опрометчиво разминувшийся с главными силами фельдмаршала Ж.-П. Больё.
Так, 12 апреля близ городка под названием Монтенотте («Чёрная гора») грянула первая в ходе итальянской кампании Наполеона битва, в которой приняли участие с обеих сторон примерно по 15 тыс. человек[477]. Воспользовавшись капризами погоды (дождь, холод, туман), Наполеон незаметно приблизил к позициям австрийцев дивизию Лагарпа и уже в 5 часов утра бросил её в атаку. Пока ошеломлённые внезапностью нападения австрийцы пытались остановить Лагарпа, Наполеон задействовал второй эшелон — дивизии Массена и Жубера. Их колонны стремительно развёртывались и «беглым шагом» накатывались на австрийские позиции.
Изголодавшиеся (не только по хлебу и мясу, но и по воинской славе) солдаты «когорты Бонапарта» атаковали с такой яростью, что австрийцы вскоре дрогнули и обратились в беспорядочное бегство. Генерал Аржанто бежал вместе с остатками своего корпуса; за такой позор он будет уволен в отставку. К. Клаузевиц подсчитал, что австрийцы потеряли 2–3 тыс. человек. А. Лашук и А.3. Манфред определяли их общие потери, по совокупности разных данных, в 6 тыс. человек, включая 2 тысячи пленных, а также пять орудий и четыре знамени[479]. Так была одержана первая победа в первой военной кампании Наполеона. Он сам позднее с гордостью говорил:
Между тем первая победа была только первым шагом к итальянскому триумфу Наполеона. Фельдмаршал Больё, присоединив к себе остатки корпуса Аржанто, закрепился на позициях у местечка Дего, прикрывая дорогу к Милану. Сардинские же войска сосредоточились неподалёку, у Миллезимо, перекрыв дорогу к Турину (король Виктор Амедей III передал командование войсками генералу Луи Риччи Колли). Союзники выжидали, готовые помочь друг другу, и гадали, куда пойдёт Бонапарт — на Милан или Турин.
