Зато не гнушается ссылаться на Солоневича лидер российских коммунистов Г. А. Зюганов. Что не столько удивительно, сколько возмутительно. Иван Лукьянович всю свою жизнь был последовательным антикоммунистом и даже утверждал: «Такие партии, как коммунистическая, должны быть запрещены законом. И караться не санитарными ссылками, а виселицей»[827].
Между тем, настоящее изучение народно-монархической идеологии, сформулированной Солоневичем, только-только начинается. В Царицыне (Волгограде) И. В. Тушканов защитил кандидатскую диссертацию о политико-правовом учении И. Л. Солоневича — первую, посвященную персонально нашему герою[828]. В Петербурге с 2003 года Российский Имперский Союз-Орден и редакция газеты «Монархист» проводят ежегодные научно-практические конференции «Иван Солоневич — идеолог Народной Монархии». В 2014 году режиссер Сергей Дебижев снял документальную кинокартину о нашем герое «Последний рыцарь Империи». Фильм не только был отмечен многими наградами на фестивалях, но и неоднократно демонстрировался по телевидению — и в России, и в Белоруссии.
Актуализация идей Солоневича невозможна без их дальнейшего развития. В эмиграции у него был целый ряд единомышленников-апологетов: Б. Башилов, Н. Потоцкий, М. Спасовский и др. Но никто из них не пошел дальше проработки отдельных положений народно-монархической доктрины либо, еще скромнее, ее популяризации. Тому пример и «Тезисы Народно-Монархического движения», изданные в Париже в середине 1950-х годов.
О творческом развитии идей Солоневича не приходится говорить и применительно к постсоветской России. За одним-единственным исключением.
Анатолий Кузьмич Булев (1925–1992) не состоял ни в каких политических организациях, более того, пришел к народно-монархическим убеждениям после нескольких десятилетий скитаний по левацким идеологиям и советским лагерям (он умудрился отсидеть при всех вождях от Сталина до Горбачева и освободился по амнистии в 1987 году). Булев всю жизнь искал правду и нашел ее в «Народной Монархии» Солоневича[829].
Сам незаурядный публицист, эмоциональный и откровенный, Булев, в отличие от многих патентованных идеологов, среди главных причин несостоятельности современного монархического движения, называл сосредоточение усилий на возрождении старых сословных форм. «Не Монархия, но личная власть и властные привилегии былых сословий ставятся такими «монархистами» превыше всего и превыше власти Законного Государя, — писал он. — Что мы возрождаем: душу и жизнь нашего Отечества или уже мертвые и отброшенные формы прошлого? О службе ли Русскому Государю… помышляем мы, или утверждаем свое тщеславие и гордыню, помышляя «володеть и княжить» Его именем, предписывая Ему устройство, порядки, законы Его Царства?.. Разумеется, таковы не все сегодняшние монархисты, но… не в этом ли тупике остановился рост монархического движения? Не потому ли наше святое дело забуксовало в малочисленных группах-сектах сословных организаций?».
Булев искал пути недопущения катастроф, подобных революции 1917 года: «Необходимо <…> очищение (дренаж) среднего класса от выродившихся до паразитизма и прямого тунеядства субъектов». «Восстановленной монархии, — писал он, — нужны элитарные сословия, привилегированный средний класс — с гарантированной стабильностью общественного положения людей в нем. Народу, обществу, государству необходим офицерский корпус — новое дворянство. Заслуги подлежат награждению привилегиями, званиями, знаками отличия и т. п. Однако… такие привилегии ни в коем случае не должны принадлежать людям вечно-наследственно»[830].
Устремленный в будущее, Булев разрабатывает систему «дренажа» служилого сословия, которая должна предотвратить его вырождение. «Заслуги и беспорочная служба вознаграждаются личным дворянством, а для тех, кто уже имеет его — потомственным… Предотвращение социальной энтропии требует недопущения наследования личного дворянства, в наследовании же потомственного, влечет приобретение прав на порядок ниже», — писал Булев[831].
Иногда поверхностные критики упрекают Солоневича в том, что из Православия, Самодержавия и Народности он, следуя стопами ранних славянофилов, делал неоправданный крен в сторону последней части триединой формулы. На самом же деле, автор «Народной Монархии» просто восполнял пробелы русской национальной идеологии.
Православное учение о Богоустановленной Царской власти убедительно и исчерпывающе изложили Св. Филарет Московский до революции и Св. Серафим (Соболев) в эмиграции. Сущность Самодержавия, его уникальность раскрыл в наибольшей полноте Л. А. Тихомиров. Солоневич же ярко подчеркнул социальную роль Монархии как носительницы общенациональной идеи, чуждой сословной и классовой ограниченности.
Таков фундамент, на котором должны базировать свою идеологию современные монархисты. К сожалению, зачастую под монархическими лозунгами скрывается суррогат — нечто непроработанное или даже неполноценное.
