Имико немного переборщила с платьем, но, по крайней мере, она не стала заставлять меня надевать корону. Кроме того, я не собиралась с ней спорить. Это было милое платье, и я в нем выглядела чертовски привлекательно. Прямо как темная королева на картинке. Возможно, я уже не была такой юной, как прежде, но в этом платье я держалась прямее. Гордо, упиваясь своей репутацией. Горожане, вытаращив глаза, следовали за мной и галдели, как вороны на поле боя в ожидании добычи. Я подумывала о том, чтобы устроить им представление. Что было бы уместно для Королевы-труп? Вероятно, сжечь город дотла или напустить на него зомби. Я решила, они уже получили зрелище, которое я намеревалась устроить.
Стражники у ворот Форта Вернан меня не остановили. Нельзя останавливать королеву, какой бы маленькой ни была ее свита и как бы далеко она ни находилась от своих земель. Из дверей первой башни навстречу мне выбежал льстивый слуга. Он трижды низко поклонился, чуть ли не целуя свои ноги, прежде чем пробормотать извинения, потому что никто меня не ожидал, и, честно говоря, он был прав.
Политика во многом похожа на войну. Многие стороны сталкиваются, пытаясь одолеть друг друга, делая ложные выпады и атакуя, обходя с флангов и переигрывая противника. Союзы, заключаемые в трудную минуту, затем разрушаются, как только утрачивают свою полезность. В том, чтобы отступить, укрепить свою власть, обдумать варианты, могут быть свои преимущества. Но в то же время можно многое сказать о том, чтобы броситься вперед и застать своего врага со спущенными штанами. Если бы я дала знать торговцам, которые называли Форт Вернан своим домом, о своем приезде, они, возможно, приготовили бы ложь или ловушки. По правде говоря, даже имея это в виду, я все равно могла бы пойти в петлю с высоко поднятой головой. Но я верила, что Сирилет где-то там. Я должна была найти свою дочь, прежде чем она совершит что-то, чего не сможет исправить. Уничтожить озеро Лорн — это одно, но, если она откроет шрам в таком городе, как Ланфолл, разрушения будут таких масштабов, от которых он, возможно, никогда не оправится. Я знала это по собственному опыту. На моей совести гибель не одного города, и жители Иши никогда этого не забудут.
Слуга провел нас по нетронутым залам, украшенным великолепными портретами лорда-купца Толстозадого или леди Нет Шансов, Что Ее Сиськи Были Такими Большими. На самом деле я не обращала особого внимания на таблички под каждой картиной, но, если я что-то и поняла о так называемой знати землян, так это то, что ни одна картина, которую можно повесить на стену, не является откровенной гребаной ложью. Слуга, мужчина с узким лицом и намасленными волосами, проводил нас в прихожую, извинился еще дюжину раз и побежал за своими хозяевами. Я повернулась к Имико и пристально смотрела на нее, пока она пробиралась к ближайшему окну.
— Не смей оставлять меня здесь одну.
Имико толкнула окно и обнаружила, что оно заперто снаружи на засовы. Что ж, в этом не было ничего удивительного. Изначально это место задумывалось как крепость, отсюда и название. То, что они сделали с ним после падения Оррана, представлялось мне пародией. Плюшевые ковры, теплые гобелены на стенах, стол, на котором ждал кувшин с вином. Я подумала, что, может быть, в таких покоях они просто держат вино на случай, если к воротам без предупреждения подойдет злая королева.
— Эска, я лучше незаметно пошныряю по коридорам, одна, — сказала Имико. Она сдалась, отошла от окна и решила вместо этого попробовать вино. — Ты знаешь, как это работает. Ты отвлекаешь на себя все внимание, будучи собой. Можешь убить нескольких человек, начать войну. Ну, ты знаешь, всякие такие штучки. Я буду незаметно шнырять и делать то, что действительно нужно сделать.
Я одарила ее испытующим взглядом, который она так хорошо умела игнорировать.
— Если Сири здесь и хочет, чтобы ее нашли, она, должно быть, услышала, что ты здесь, и тебя найдет. Если она не придет к тебе, значит, она не хочет, чтобы ее находили. Вот почему мне нужно улизнуть и найти ее.
— Мы найдем ее вместе, Имико. Ты хотела, чтобы я была рядом и помогла остановить ее, если она задумает какую-нибудь глупость. Что ж, я не смогу этого сделать, если меня там не будет.
Имико налила вина и, прищурившись, посмотрела на меня. Я не смогла понять, о чем она думает. «Отлично», — сказала она, осушила бокал и налила еще.
Как долго мы ждали в этой приемной? Достаточно долго, чтобы Имико успела осушить три бокала вина. Я принялась расхаживать по комнате. Мне больше нечем было заняться, и я никогда не умела сидеть на месте. Казалось, все то терпение, которому я научилась в Райсоме, улетучилось вместе с именем моей покойной возлюбленной.
