Совершенно незаметно мы миновали Висконсин. Пейзаж изменился, и фары все чаще выхватывали из темноты белые пятна снега вдоль обочин. Мичиган молчаливо заявил о себе кажущейся бесконечной в сером свете наступающего утра стальной гладью озера. К канадской границе мы подъехали, когда уже совсем рассвело. Жаки казалась уставшей. Пэр, которому короткий отдых явно пошел на пользу, выглядел получше: на его правой щеке ясно отпечатался орнамент автомобильного чехла. Мы переехали огромный, изогнутый, как спина дракона, мост через замерзшую реку со множеством островков и после коротких пограничных формальностей оказались в Канаде. Канадские сосиски и горячий кофе пришлись как нельзя более кстати, пора было подумать и о собаках: их надо было выгулять и напоить. Мы подъехали к небольшой речушке и остановились Первым делом между машинами были натянуты три доглайна, а затем начался массовый, но организованный исход собак из клеток. Узников первого яруса отделяла от свободы только решетка клетки, поэтому с ними надо было быть особенно бдительными: ни в коем случае не допускать самостоятельного выхода собаки на землю. Поэтому одной рукой приходилось приоткрывать дверцу, а другой, желательно более сильной, тут же хватать эти рвущиеся на волю 60 килограммов мышц, зубов и шерсти за ошейник. Только убедившись, что надежно держишь собаку и держишься сам, можно было пытаться дать ей свободу. Собака одним прыжком оказывалась на земле, и горе тому наивному человеку, который вовремя не успевал поднять собаку на задние лапы! Она, моментально одним неукротимым и мощным броском распластываясь по земле, волокла несуразно машущего руками и отчаянно пытающегося затормозить всеми имеющимися ногами несчастного туда, куда манила ее лишенная привычного снежного покрова, а потому полная живыми и дразнящими запахами земля. Протащив так свою невольную жертву несколько метров, чаще всего до ближайшего вертикально стоящего предмета, собака останавливалась и, задрав ногу, долго и ожесточенно мочилась. В течение этой естественной процедуры погонщик (а в данной ситуации, скорее, погоняемый) наконец мог перевести дух и подготовиться ко второму раунду поединка. Перед ним стояла все та же простая, на первый взгляд, задача: поднять собаку за ошейник на задние лапы. Второй раз осечки нельзя было допустить, погоняемый погонщик должен был внимательно следить за исходом мочи у своего подопечного и при первых признаках истощения струи немедленно подтянуть собаку повыше с тем, чтобы по окончании процедуры сразу поставить ее на задние лапы. Если это удавалось, то считай – с задачей ты справился. Тогда можно было посадить собаку на поводок доглайна и, переведя дух, идти за следующей.
