Несмотря на ровный ход лошади, Линэль изрядно покачивало в седле. Глаза слипались, и прямая спина принцессы держалась лишь на одной силе воли. Она едва не сверзилась вниз от счастья, когда впереди замаячили огни Листерэля — светлые эльфы не жгли факелов, вместо них они приманивали в плетенные сетки волшебных светлячков, которые радостно освещали улицы ночь. Во дворец Линэль уже вползала, мысленно проклиная все лестницы, что отделяли ее от покоев с заветной кроватью. Впрочем, ей сейчас подошел бы и диван в гостиной. После трех длинных коридоров она пришла к выводу, что согласна и на ковер. Вышедший из своих покоев Лидэль едва успел поймать падающую сестру.
Наверное, она все же заснула, потому что в следующее мгновение уже лежала на своей кровати — правда, поверх покрывала, — а сидящий рядом на коленях на полу Лидэль расстегивал ей декольте — это ее дорожное платье шнуровалось спереди.
— Пристаешь? — на вопрос сил хватило, а вот на смешок — нет.
— Дура, — выпалил Лидэль, промакивая ей губы и лоб водой. — Чтобы ты дышать могла.
Видя, что сестра пришла в себя, он стянул с нее сапоги и плащ, а потом вновь сел перед нею, взяв ее лицо в свои ладони.
— Линэль, что случилось? — он выглядел таким обеспокоенным и серьезным, что внезапно напомнил ей Лоренса. И правда, сейчас сходство между братьями буквально бросалось в глаза.
— Прошла испытание, — шепотом ответила она и самодовольно улыбнулась. — Вошла в анналы истории магии, как самая юная эльфийская волшебница.
Лидэль тяжело выдохнул и, усевшись прямо на пол у кровати, прикрыл глаза рукой.
— Ты меня испугала… Тебе что-нибудь нужно?
— Спать и выпить.
— Лучше бы поела, ты похожа на труп.
Линэль лишь поудобнее улеглась, довольно улыбаясь.
Лидэль с тоской поглядел на младшую сестру.
— Я вообще-то хотел тебя отчитать, когда приедешь. И вот как мне это делать?
— О Свет, не подражай Лоренсу, не лишай меня еще одного брата!
Лидэль тихо рассмеялся, а потом он резко приблизился к ней так, что их одинаковые льдистые глаза разделяло всего несколько дюймов.
— Зачем ты это делаешь, Линэль? Зачем эта свадьба?
— Нужна.
— Кому? Тебе? И с кем, Линэль? С этой псиной?
Она промолчала, устала закрыв глаза.
— Что произошло, сестренка? Скажи, я помогу. Не делай этого.
— Иди спать, Лидэль.
Веки налились тяжестью, и она лишь слышала, как брат тяжело вздохнул и поднялся. Дальше она не заметила его шагов — настолько бесшумно он ступал даже для эльфа. А потом сзади кто-то лег, заключая ее в крепкие объятия.
— Помнишь, как в детстве? — прошептал Лидэль. Его дыхание щекотало ухо, и Линэль невольно вспомнила, как брат в детстве страдал от ночных кошмаров и приходил к ней спать. — Вместе навсегда.
— Мы ведь близнецы, — сонно пробормотала она, уплывая в объятия сна.
Эти годы были тревожными для жителей Рассветного Леса. Двадцать лет тишины вовсе не заставили забыть их об ужасах войны. Светлые эльфы — не люди. Это у смертных за пару десятилетий сменяется поколение, а бессмертные иначе смотрят на время. И пусть многие погибли в войне, и немало молодых родилось после нее, но старшее поколение еще помнило грохот орочьих барабанов. Такие раны не заживают быстро, а недавние волнения на северной границе и нападение на Арле вызвало волну страха. Еще и пошли слухи о небывалой жестокости орков, о том, как они пытками сводят с ума пленных. Что те становятся безумными за пару дней. Даже те, кто прошел войну, с опаской стали смотреть на север. Тревожно было в сердцах светлых эльфов. Да и, как сказали бы люди, в светской жизни общества было затишье. И тут такое радостное — для простых эльфов, — и обескураживающее — для знатных эльфов — событие: свадьба единственной дочери короля, прекрасной принцессы Линэль Леранэ, с бастардом Нареля Миратэ, новоявленным лордом Нейлином Миратэ, полукровкой-ликаном.
