Конус из замороженной земли, пронизанный тонкими мерцающими молниями, провернулся сначала неохотно, потом вращение ускорилось. Он понесся вперед, раздвигая пласты земли и оставляя после себя темный тоннель.
С замиранием сердца я следила и ждала, не смея обернуться и посмотреть на своего случайного союзника. Сбоку от моей головы лежала его ладонь, укрепляя магией стены.
Момент столкновения льда, земли и молнии с огненной стихией я почувствовала всей кожей. Оно отдалось волнением в источнике, воздуха резко стало не хватать, мне на голову что-то посыпалось. Ловушка под землей была гораздо слабее, чем над ней.
К протяжному гулу примешался звук, словно лопнула натянутая леска.
Огненная магия перестала давить, а меня чуть не снесло волной ликования и чистого восторга.
– Она разрушена! – услышала я свой голос, будто со стороны.
На большее меня не хватило. Сознание поплыло, веки стали неподъемными. Вокруг сомкнулась темнота.
В себя приходила я долго. Руки-ноги не слушались, на языке разлилась странная горечь. Зато дышалось свободно, в воздухе пахло влажной травой и озоном, как после грозы.
Я больше не под землей? Меня не похоронило в темном узком мешке?
– Уже очнулись? – послышался знакомый голос.
Гром.
Я распахнула веки.
Упершись коленом в землю, он склонился надо мной. Лицо его было серьезным, лоб прорезала вертикальная складка. А вот глаза сейчас казались намного светлее. Скорее темно-голубыми, чем синими.
Я проглотила вязкую слюну и поморщилась.
– Откуда этот ужасный привкус? – спросила скорее себя, чем его, но Гром невозмутимо признался:
– Это энергетическая пилюля. Чтобы быстрее проснулись.
– Вы положили ее мне в рот?
Наверное, выражение моего лица была уж слишком говорящим. Он перестал надо мной нависать. Поднялся и скрестил руки на груди.
– Хорошо, в следующий раз не буду так делать.
Мне показалось, или Гром сыронизировал? Я думала, этот человек не совместим со словами «ирония» или «сарказм».
– Надеюсь, следующего раза не будет, – отозвалась я и попыталась встать. – Никогда не забуду это приключение.
Одежду и руки покрывал слой грязи, она была даже у меня на лице. Особо жирная полоса, высохнув, стянула кожу.
Не верилось, что все позади, что нашим жизням ничто не угрожает. И что мы с бывшим врагом действовали сообща, как единое целое. Понимали друг друга с полуслова.
Гром в считанные мгновения смог под меня подстроиться, когда создавалось общее заклинание. Потом я передала ему остатки своей магии, и он ее принял.
– Как мы выбрались?
– После удара структура подпространства оказалась сильно повреждена, оно просто не выдержало. Нас выбросило недалеко от того места, где шел отряд. Они уже на подходе.
Я огляделась. Вокруг высились деревья, а мы с Громом находились в центре небольшой поляны.
– У вас, случайно, нет воды? – спросила я, а потом поняла, как глупо звучит подобный вопрос, заданный водному магу.
– Жажда мучает?
– Нет, хочу помыться, – я развела руки в стороны, демонстрируя грязную одежду. – Ну конечно…
В этот миг на меня обрушился ледяной водопад, едва не прибив к земле.
Зато всю грязь смыло – это несомненный плюс.
Медленно обтекая, я подняла недовольный взгляд на чистого и сухого сетторца. Мои мокрые волосы облепили лицо и плечи, как речные водоросли, мешая обзору.
Вот гад! Он нарочно так сделал!
Гром покачал головой, усмехаясь. И вода поползла ручейками, повинуясь движению его пальцев – одежда стала совершенно сухой через пару мгновений.
– А вы отлично читаете мысли!
– Не мог предоставить вам ванну, уж простите, – он пожал плечами как ни в чем не бывало.
***
Я часто попадал в опасные ситуации. Как иначе, если с детства растешь в ожидании нападения? Потеряв своих близких, и я, и старший брат обещали, что станем сильнее. Чтобы больше не хоронить тех, кто дорог.
За годы сражений я привык к хождению по краю, но сегодня ощутил что-то новое. Еще никогда мне не приходилось действовать заодно с бывшим противником. Я признавал силу Молнии, ее опыт, талант. Если бы она родилась в Сеттории, все могло сложиться по-другому.
Ее магия была очень гибкой. Под нее оказалось легко подстроиться, мы с ней хорошо сочетались. Даже не думал, что она решит отдать мне остатки своих магических сил – эта процедура была рискованной и очень личной.
С кем попало энергией не делятся.
В тот момент время замедлилось, сомкнулось вокруг нас коконом. Я чувствовал теплые руки на своей коже, аромат ее волос перебивал запахи влажной земли.
Мимо пролетали столетия, лица, события. Только образ Молнии оставался неизменным и нерушимым якорем в этом безумном водовороте.
Госпожа Мирай понемногу приходила в себя, даже дерзить начала. Ничего, что я истратил на нее последнюю энергетическую пилюлю? Вкус ей, видите ли, не тот.
Женщины…
– Теперь я хотя бы не похожа на земляного голема, – она манерно отряхнула рукав.
– Напомните, что вы говорили, когда мы оказались в шестигранной ловушке?
Под землей она вцепилась в меня, как в дерево над пропастью. У нее есть страхи, связанные с темнотой? Однажды кто-то сильно напугал госпожу Мирай.
Она наморщила лоб, делая вид, что усиленно вспоминает.