Пришлось спасаться бегством. Я не желала ничего слушать, а за деревьями еще и голоса раздались. Не хотелось ставить в неловкое положение ни его, ни себя.
Подарок жег карман, и я украдкой решила взглянуть. Просто посмотреть, любопытно же.
Дрожащими руками развернула лепестки синего шелка, чтобы увидеть заколку. Черненое серебро, изящное плетение, россыпь зеленых камней и… лилии.
Несколько долгих мгновений я всматривалась в украшение, пока взгляд не заволокло пеленой.
Это вышло случайно или он знает?
В памяти замелькали брошенные им намеки. Надо быть осторожней, я однажды уже поплатилась за свою тайну.
Так горько осознавать, что меня опять могут использовать. Я сделала все, как велел Тидрэ, но я была девчонкой. Глупой пятнадцатилетней девчонкой, которая еще не знала всех граней людской подлости.
Меня продрало ознобом. Я закрыла глаза и задышала, чтобы прогнать удушливую волну паники и страха. Сжала сильнее прекрасную серебряную заколку. Легкая боль в ладони отрезвила.
Я здесь, а не там. Все давно в прошлом. Меня связывает только обещание, клятва отомстить. Но как это сделать, если я застряла в Сеттории на долгие годы?
– Эй, ты! – меня окликнул мужской голос, и я повернулась.
На меня смотрел парень из отряда Грома – Зен. Сегодня в его взгляде были все те же острые лезвия.
Сам он коренастый, мускулистый. С короткими и густыми грязно-рыжими волосами, похожими на засохшую глину. Лицо покрывает отросшая щетина. Белая налобная повязка пропиталась потом.
– Что тебе нужно?
Кроме нас на тренировочной площадке есть еще люди, поэтому не думаю, что он будет кидаться. У него ко мне какие-то счеты, это было ясно еще тогда.
– Меня зовут Зен Офра, – выплюнул он. – И ты убила моего брата.
Так и думала, что от моей руки пал кто-то, важный для него. Он имеет право меня ненавидеть, только что толку? Брата это ему не вернет.
– Кем он был?
– Ты еще спрашиваешь? – Зен шагнул ко мне, его глаза полыхали болью и яростью.
Я пожала плечами.
– Я много кого убила. Даже не знаю их имен. Как будто ты сам святой.
На лице его всего на миг отразилось замешательство.
– Он погиб на озере Тамзи. Я поклялся отомстить за него, если встречусь с тобой. То, что ты женщина, не играет никакой роли. Я все равно уничтожу тебя, Молния. И ни господин Эйдан, ни господин Эйро меня не остановят.
Я взирала на него снизу вверх, сидя со скрещенными ногами на траве и щурясь от солнца. Этот парень выглядел воинственно и грозно.
– Зачем ты сообщил мне о своих планах?
Он нахмурился и снова смешался. Его злило мое спокойствие.
– Потому что я не трус! Бой будет честным.
– Ты хочешь драться сейчас?
Зен огляделся по сторонам. Сколько ему? Чуть старше меня или ровесник?
– Ты в курсе, что дипломатов трогать нельзя? И что мне запрещено участвовать в дуэлях?
Я не боялась его. Просто хотела воззвать к разуму, затуманенному гневом.
Он окинул меня злым и беспомощным взглядом.
– Допустим. Но я все равно это сделаю. Три дня, пока будет идти турнир, все будут заняты. Можем встретиться здесь и сразиться.
Какой настырный! И как теперь отделаться?
Желание мести – это зараза, которая разъедает сердце. Мне ли этого не знать.
– Я не хочу с тобой драться.
– Почему?! – разъярился Зен. – Ты должна! Я тебя вызываю!
– Мне лень.
Глаза земляного мага выкатились из орбит. На его крики начали оглядываться другие парни и девушки. Поняв, что привлекает лишнее внимание, он тихо ругнулся.
– Тогда я вызову твоего брата. Он точно не откажется.
Этот парень понял, как попасть в мою болевую точку. Искен слабее меня, и, возможно, у Зена Офры есть шанс. Я отняла его брата, а в отместку он хочет забрать моего.
– Ладно. Твоя взяла, – я кивнула, медленно поднимаясь. – Встретимся, когда все будут заняты турниром.
Не собираюсь убивать его. Просто проучу.
Главное, чтобы об этом не узнал сам Гром!
Отослав служанок, я повернулась к зеркалу. Тонкое платье из серебристого шелка облегало фигуру и ниспадало до самого пола. Подол и широкие рукава с разрезами украшала вышивка в виде веточек цветущего дерева. Сразу вспоминалась миндальная роща рода Бунье, которую проезжал наш отряд.
А я сама напоминала деревце миндаля, окутанное утренними туманами.
Тьфу! Одна поэзия в голове. Меня тут на смертельный поединок, можно сказать, вызвали. А в мыслях порхают бабочки и кружатся розовые лепестки.
Я тряхнула головой, рассыпав по плечам длинные темные пряди. Часть волос служанки собрали на макушке, заколов серебряным гребнем, который подарил Гром. Долго думала, стоит ли, а потом решила – хуже уже не будет.
Я и так влипла. А может, мы оба.
Глаза лихорадочно блестели, губы и щеки горели. Прав был Искен, что у меня не было той беззаботной юности, когда молодежь сбегает из дома и целуется украдкой под луной. И теперь мне хотелось чего-то такого. Будоражащего и запретного, чтобы почувствовать себя по-настоящему живой и молодой.
Саяна и ее отряд «боевых пташек» уже выдвигались. Двор украшали яркие бумажные фонари и шелковые ленты, которые мягко колыхал ветер. Теплый вечер полнился ароматами весенних цветов.