Как в свое время Джумабой Ходжиев, он же Джума Намангани, бывший старший сержант ВДВ СССР, за несколько лет на джихаде прошедший путь от рядового бойца до военного амира всей «Аль-Каиды», Абдул Малик аль-Руси начал быстро подниматься. Сыграла свою роль и присущая русским храбрость, а особенно храбрость пацана, у которого в жизни не было ничего хорошего и которому нечего было терять, и военная подготовка, полученная в Российской армии. Он сначала был в Джамаат Сабер – этот джамаат организовали ваххабиты, намеревавшиеся получить боевой опыт на фронтах джихада, а потом отторгнуть от России Сибирь и установить там Шариат Аллаха. Но там к нему плохо относились, потому что большинство там составляли татары, кавказцы и среднеазиаты, а он был русским. Тогда его перебросили в джамаат, в котором были европейцы. Всякие европейцы, начиная от итальянцев и кончая шведами, причем там были не только дети и внуки мигрантов, но и настоящие европейцы, разочаровавшиеся в культурных ценностях Европы – толерантности, беспомощности и педерастии – и вставшие на джихад. Там он за год стал амиром джамаата: видя его усердие и способности к обучению, руководство исламского государства дало ему охрану и стало поручать формировать джамааты из молодых мусульман, которых надо было научить сражаться хотя бы на уровне обычного пехотинца. Абдул Малик аль-Руси, предавший Россию и дезертировавший из Российской армии в звании старшего сержанта, закончивший полный курс сержантской учебки, применял для обучения ровно то, чему его учили в России, плюс отдельные курсы местных специалистов, учивших например, как готовить самодельные взрывные устройства и фугасы направленного действия. Стандартный курс подготовки длился четыре месяца, и после него джамаат уже имел серьезные пехотные навыки перемещения, прикрытия огнем и прочее, что необходимо.
Сейчас Абдул Малик аль-Руси ехал вместе с охраной в транспортной колонне, в которой йеменские джамааты отходили домой на отдых. Сменность в Саудовской Аравии была совершенно не такой, как, скажем, в Египте. Йеменские джамааты сменялись каждый месяц, а кто-то и чаще. Сменность определялась тем, что примерно за это время накапливался объем добычи, который надо было вывезти на родину, в горы. Джамаат этим и занимался, а на смену ему подходил другой джамаат, «пустой».
Транспортная колонна состояла из пяти тяжелых грузовиков, двух «МАНов», остальные китайские, но китайские любили, потому что у них были большие кузова и в них можно было больше погрузить. Они были погружены доверху и охранялись несколькими пикапами и грузовиками с тремя крупнокалиберными пулеметами. Техника у каждого йеменского джамаата была своя, и, отходя, они не оставляли ее сменщикам, а брали с собой. Еще военный амир джамаата, Саид аль-Шихри, гнал для себя внедорожник «Роллс-Ройс», и в колонне шли еще несколько дорогих внедорожников «Мерседес» и «Лексус» для других боевиков джамаата. В этих машинах ехать было комфортнее, и потому амир ехал в «Роллс-Ройсе», а другие боевики набились в дорогие внедорожники. Абдул Малик аль-Руси попросил разрешения со своими людьми пойти в колонне, и ему дали разрешение и место на одном из грузовиков, доверху набитых всякой всячиной. С этим конвоем он дойдет до Эль-Мукаллы, города и порта на самом побережье, административного центра региона Хадрамаут и одного из самых опасных портов мира, не уступающего по опасности Александрии и Могадишо. Там он примет с корабля несколько десятков новых ансаров, а также заберет груз из Китая – крупнокалиберные снайперские винтовки, управляемые ракетные комплексы, которые годятся как против самолетов, так и против танков. С этим со всем он пойдет обратно.
Как он относился к тому куфару, который он видел вокруг? К тому, что амир джамаата отжал себе где-то новый внедорожный «Роллс-Ройс» и сейчас едет себе на нем, как один из тиранов? К тому, что йеменские джамааты занимались откровенным грабежом? Он относился спокойно. Он давно уже не имел никаких иллюзий относительно происходящего и, как и многие русские, понимал концепцию «зла во благо». Он, как и многие другие амиры, отправившиеся в Саудовскую Аравию с благословения шейха аль-Шами, слышал, что он говорил, – эта речь была не для чужих ушей. И он был полностью согласен с шейхом.
Шейх сказал, что, несмотря на показную набожность и даже присвоенный т’агутом титул «Хранитель двух мечетей», Саудовскую Аравию нельзя рассматривать как шариатское государство. Мунафикун, то есть лицемерие, там укрепилось с давних времен и имеет место быть уже несколько десятков лет. Лицемерие это вызвано большим богатством, а также лицемерием бывших правителей этой страны, которые, стремясь сохранить свою власть, полагались не на Аллаха Всевышнего, а на армию Соединенных Штатов Америки. И теперь Саудовской Аравии предстоит пройти долгий путь перед тем, как она превратится в подлинно исламское государство.
