– Смотри внимательно, – Егор подсел ближе, чтобы видеть объект их наблюдения с одного ракурса, и Лара ощутила его локоть, соприкоснувшийся с ее локтем. – Одна из них холеная, хотя и безвкусно одета, а у второй сумка вся обтрепалась и обувь стоптана. Положение разное, да и сидят друг от друга далековато, так что не подруги. У первой на лице плохо скрываемая скука, а вторая теребит ремешок и все время пытается дотронуться до первой. И лицо припухшее, недавно плакала, а теперь явно просит о чем-то. О деньгах? Но разговор начался уже давно, а с деньгами все обычно решается намного скорее – да или нет. Значит, мольба о помощи. Работа?.. Возможно, но вряд ли, о работе редко переживают до слез. Нет, скорее касается кого-то из близких. Муж той, со стразами, какой-то большой человек. И просительница умоляет спасти дорогого ей человека – или от болезни, и тогда большая шишка – врач, или от тюрьмы или чего-то подобного, и тогда большая шишка – чиновник. Ну а раз даме со стразами скучно, скорее всего, хлопотать она не будет.
Это было действительно здорово. Лара вдруг испытала удовольствие оттого, что этот мужчина рядом с ней видит сокрытое, почти как она – но все-таки иначе. Но вслух она не позволила себе восхищаться чудесами его логики, наоборот, возразила:
– Не пойму, муж-то тут при чем? Может, это она сама…
– И одевается в стразы? Чиновница или врач – ни та, ни другая не оделась бы так. Надеюсь!
И Арефьев принялся поедать стремительно оплывающее в трескучую фольгу мороженое.
– А ты и правда психолог. Откуда у тебя это?.. – Лара была заинтригована. – Я никогда не слышала ничего подобного.
– Скажем… Когда твоя жизнь зависит от того, насколько быстро ты соображаешь, кто перед тобой стоит… Ты начинаешь соображать очень быстро! – И даже жизнерадостный его тон Лару не обманул. Было в прошлом Егора что-то, о чем он не собирался откровенничать. И она вспомнила, что в ту самую минуту, когда впервые увидела его в ресторане рядом с Лилей, она уже догадывалась о существовании этого опыта. Только потом забыла. Вот интересно, знала ли об этом и Лиля?
Задумавшись, Лара все еще продолжала неосознанно посасывать палочку от эскимо, пока не наткнулась на взгляд Егора, который следил за ее губами со странным выражением. Спохватившись, она резко вытащила изо рта палочку и встала.
– Наверное, нам пора?
По пути к машине их обогнала давешняя женщина в юбке со стразами. У остановки ее уже ждал черный седан, и стоящий рядом тучный мужчина в костюме протирал платком лысину. Под лобовым стеклом машины белел пропуск с большим российским триколором и надписью «Городской суд». Значит, все-таки чиновник, – подумала Лара и, обернувшись к Егору, увидела, что он подумал о том же.
– Что так долго? – с неудовольствием вздохнул мужчина, когда жена кивнула ему.
– Да так, встретила знакомую. Едва отделалась! – она картинно закатила глаза.
Обходя автомобиль, дама поравнялась с Ларой и Егором. И внезапно Лара решилась.
– Вы должны помочь ей. Она ведь вас умоляла! – проговорила Лара негромко. Женщина застыла, испуганно прижав к груди сумочку – тоже со стразами:
– Что?
Но Лара и Егор уже перебегали дорогу перед приближающимся автобусом.
– А ты добрая! – перекричал Арефьев шум дорожного потока.
Лара поморщилась, оставляя реплику без ответа, и нажала кнопку на брелке, открывая припаркованный джип.
– Только, если тебя укачивает, ты лучше сразу говори, и я остановлюсь, – предупредила она. – Не хочу, чтобы ты терпел из последних сил.
– На переднем сиденье все будет хорошо. И потом… Ты уверена, что меня и правда укачивает? – в глазах Егора прыгали смешинки. – Может быть, я устроил маленький спектакль, потому что мне до чертиков надоело болтаться сзади?
– Ах ты… – она замерла, не находя нужного слова, чтобы выразить всю глубину своего возмущения. И чтобы не рассмеяться. – Ты что, правда все это подстроил?!
– Видишь ли, добрая Лара… – вкрадчиво начал Егор. – Ты никогда не узнаешь этого наверняка. И уже в любом случае не сошлешь меня на заднее сиденье. Вероятность, что я буду испытывать там физические страдания, никуда не делась. А ты… Скорее ты оставишь меня впереди, чем допустишь хоть малейший шанс, что не поверила хорошему человеку и отправила его на пытки.
– Ты невыносим!
И тут Егор улыбнулся – своей свободной, ничем не омраченной, почти легендарной улыбкой.
Такую улыбку она видела всего у двух людей в жизни. Первый раз это случилось на отдыхе в Крыму, лет восемь назад, когда они с Лилей познакомились на ступенях концертного зала с ничем не примечательным парнем. Девчонки даже хотели отшить этого неловкого студентика, пока не увидели, как он улыбается. В тот день близняшки поверили в существование кэрролловского Чеширского кота, или, по крайней мере, в существование его улыбки, потому что видели ее прямо перед собой. Она жила, как и полагается, будто бы отдельно от своего владельца, который – без нее – был по-прежнему ничем не примечателен.
