- Нет-нет. Ничего оставлять на следующий сезон не будем. Пускай эта разница в моем резерве будет, а я сориентируюсь и по обстановке буду постепенно добавлять. Считай, что мы втроем договорились, больше никому ни слова. Скажи Волкову, что я с пониманием отнесся к его предложению. Теперь ежемесячно у него будет идти один и четыре трудодня. У меня, как у начальника, - один и пять, а у тебя, Алексей Павлович, - один и три. Ты не возражаешь?
- Нет. Это нормально. У меня больше чем один и два никогда не было, а это получается как бы прогрессивка.
Васильев закурил и с усмешкой сказал:
- Как ни говори, а деньги - главный двигатель, это сила, и сильней них ничего нет. Общество другого еще не придумало.
Время шло. На участке все было по-прежнему. По докладам, которые передавались руководству артели, все было отлично, план выполнялся, а иной раз даже перевыполнялся. Петр Викторович успокоился, заважничал, с лица ушла тоска и уныние. Всем своим недоступным видом он демонстрировал окружающим, что стал настоящим руководителем и хозяином положения.
Однажды после сытного обеда Васильев вызвал Топоркова. Когда тот явился, Петр Викторович, смотря прямо в глаза своему подчиненному, спросил:
- Алексей Павлович, ты мне скажи, а нужна ли нам, в такой обстановке, ночная смена? Так надоел ночной гул моторов, грохот камней, мой балок рядом с промывочной находится. Зачем ради каких-то двухсот граммов такой ночной шум поднимать? Лучше днем как следует работу организуем, а ночью мужикам отдых дадим.
- Я не могу, Петр Викторович, сразу влет на такой вопрос ответить. Не мы вводили такой строгий круглосуточный распорядок. В уставе артели записано, что работа двухсменная, по двенадцать часов, без выходных. К этому распорядку все привыкли. До конца сезона два месяца. Скоро руководство артели такой напряг создаст, ведь уже концовка вырисовывается. Будет задание по золоту выполнено или нет - все внимание будет направлено на то, сколько золота еще можно взять. Начнется переброска техники, людей. Если руководство артели умело и грамотно сманеврирует ресурсами, то и результат хороший будет. Сегодня в сутки артель намывает до пяти-семи килограммов золота. Обороты набраны, теперь их удержать надо, вот руководители и мечутся день и ночь по участкам, выгребая все, что там осталось. Идут на все, несмотря на затраты, лишь бы золото взять. Как мы на этом фоне смотреться будем? Ведь вы, как и я, уже два месяца здесь отработали. По меркам артели вы уже не новичок, обстановку на участке и всей артели хорошо знаете, информацию по рации каждый день слышите.
Васильев встал, стал нервно ходить по кабинету. Было видно, что ему не понравился ответ Топоркова. Он подошел к окну, немного подумал, потом произнес:
- Хорошо, по рации мы ежедневно слышим позывные:
«Дачка-2», «Дачка-3», «Дачка-4», «Распашное», «Кедровая»,
«Обогатительная фабрика», а нас трогать почти не стали. Видимо, дела наши не являются решающими. С другой стороны, мы находимся за восемьсот километров от артели, в этой глухомани отрезаны от Большой земли, у руководства артели ничего не просим. Суточную добычу золота с нарастающим даем. Объемы промывки горной массы - увеличиваем. Геологоразведочными траншеями занимаемся. Что еще моему соседу по дому нужно? Самохвалов - хозяин артели и опытный человек. Он бывший шахтер, начальник транспортного участка, хорошо видит: было восемьдесят грамм золота в сутки, а стало пятьсот-шестьсот. Если бы я был председателем артели, то сказал бы: «Да живите вы как знаете в ваших болотах, вам там виднее, только план выполняйте». Мы здесь сами себе генералы, как установим, так и будет. Разве я неправильно рассуждаю, Алексей Павлович?
- Правильно-то правильно, но как-то не заведено в артели всего по нескольку часов работать. Каждый приехал за большим рублем. Но раз вы так решили, то будем сокращать рабочий день, потом на одну смену перейдем. Трудно это будет, народ привык по полной программе пахать. Он ведь не знает нашего замысла.
- Вот видишь, как мы с тобой до истины дошли, хотя и не сразу. А сейчас, как говорят военные, «война войной, а обед - по расписанию». Проходи, Алексей Павлович, за перегородку, я сейчас стаканчики и орешки приготовлю. Примем стаканчик на грудь - и обедать. Ты не забудь, скоро у меня день рождения, круглая дата. Домой не поеду, тут отмечать буду. Председатель обещал приехать.
