Вместе с работниками прокуратуры на Лесной косе сейчас находятся два вооруженных работника артели, один из которых был бульдозеристом ведущей машины в первой экспедиции по прокладке дороги к новому участку. Во время поездки в кабине его бульдозера находился и руководитель экспедиции горный мастер Савченко. Есть данные, что через два дня после обнаружения трупа этот экипаж вторично проехал косу. Какая была необходимость отрываться от другой машины, где кроме тракториста в балке на прицепе находились два человека из строительной бригады, занимающиеся расчисткой лесных завалов? Кто может гарантировать, что двое на ведущем бульдозере, оторвавшись на один-два километра, не похитили золото, свернув снова на Лесную косу? А сейчас, когда товарищами из прокуратуры все тщательно анализируется, артельщики, предполагая, что содеянное все равно будет раскрыто и придется отвечать, могут пойти на новое преступление. Они смелые, здоровые мужики, могут расправиться с работниками прокуратуры, которые, кстати, выехали на опознание трупа без табельного оружия, и, бросив бульдозер, скрыться в тайге. Вам ведь известно, Сергей Архипович, что это дикое, безлюдное место. Ни сел, ни поселков. Там раньше, еще со времен гражданской войны, жили староверы семейными кланами, вели собственное натуральное хозяйство. Многие из них бывшие белогвардейцы, паспортов они не имели, жизнь в глухомани их устраивала. Зверя били, рыбу ловили до 70-х годов, когда большое наводнение смыло почти все их поселения. Остались отдельные дома да пасеки, и из-за бездорожья и отдаленности они вскоре оказались брошенными. Оружие у «отшельников» было. Даже летчики раньше отказывались летать через эту зону, потому что они из карабинов по самолетам стреляли.
- И зачем они это делали? - удивился Прокопенко.
- Как зачем - мстили советской власти, сводили старые счеты. Они знали, что для органов недоступны, поэтому считали себя полновластными хозяевами лесов и болот. Да и правда, их особо никто не трогал. Но это я так, для информации. Вернемся к событиям на Лесной косе.
Рябцев обстоятельно продолжал:
- Вот теперь представьте, каково оказаться людям в таежных дебрях с вооруженным человеком, чувствующим себя в этой глуши, как рыба в воде, да еще с такими уликами против него. Поэтому и приняты столь жесткие меры. И генпрокуратура поставлена в известность. А зачем арестовывать ночью, так демонстративно - большой вопрос. Об этом органы с нами не советуются. И даже если бы артельщиков в первой экспедиции было не пять, а десять, все равно всех бы арестовали. Прокуратуре виднее, ведь мы имеем дело с убийством и с хищением золота в особо крупных размерах.
- И в каких же, можно поточнее? - резко спросил Сергей Архипович.
- Вот следственные органы на месте и уточняют. Ведь нашли останки вашего человека.
- Ну, это еще неизвестно, - возразил Прокопенко, - хотя всякое может быть. В законе четко написано: прокуратура обязана осмотреть место гибели человека. Но нигде не сказано, кто должен доставлять туда ее работников. Мы сообщили о находке - и все, а вы свои дела делайте сами. Все же наши ребята привезли их туда, так они хотя бы почеловечнее с ними обращались. Сказали бы, что, мол, мы, работники прокуратуры, обязаны быть при оружии, а ваши хлопцы пусть едут без него. А то сразу - ордер, арест, охрана:
Марк Захарович попытался снизить накал страстей:
- Нам здесь трудно судить, но нельзя исключать тот факт, что безоружные работники прокуратуры могут оказаться в западне и надо предусмотреть выход из создавшейся ситуации, не допустить убийства.
Селезнев поднялся и вышел из-за стола, давая понять присутствующим, что разговор закончился, и, протягивая на прощание руку парторгу артели, обратился к Рябцеву:
- А кто санкционировал эту поездку?
- Видимо, краевой прокурор. Во всяком случае, он был в курсе подготовки выезда в тайгу Бирюкова и подключил своих работников - двух слушателей Московской академии милиции.
- А сколько их там всего? - поинтересовался Дмитрий Вадимович.
- Шесть человек и две собаки, поисковая и охранная.
- Ну ладно, продолжайте следить за ситуацией. А пока на этом закончим. Я с Шабановым повстречаюсь, потом выводы сделаем, информацией по телефону обменяемся.
