Губы Мика Джаггера полностью

АННА. После смерти Здисека он тоже как мертвый. Никто на нем не ездит, стоит, бедняжка, и – ни с места.

ЯН. Бедный, пластиковый фашист… (Поглаживает автомобиль.) До чего же ты дошел! Ну, что? Садимся?

АННА закрывает гараж. Эта часть сцены затемняется, – освещается лестница, – на ней КАСЯ и БАРТЕК.

КАСЯ. Так ты вправду не думаешь только о сексе?

БАРТЕК. Да кончай ты! Я что, похож на такого, который только об этом думает? Ну, бери, не халтурь!

КАСЯ. Это хорошо (Внезапно прижимается к БАРТЕКУ.) Это очень хорошо. Это здорово… Я рада… что не думаешь…

БАРТЕК. Честно?

КАСЯ. Да!

БАРТЕК. Ты извини… Я сейчас… Сейчас вернусь! Подожди!

БАРТЕК сбегает по лестнице, лестница затемняется, освещается центральная часть сцены. БАРТЕК вбегает в гараж.

Дед! Выйди на минутку!

ЯН. Что случилось?

БАРТЕК. Да иди же! Дело есть!

Выходят и останавливаются перед гаражом.

Дед… У тебя есть резинки?

ЯН. У меня?! Да ты что? Я – и резинки?!

БАРТЕК. Ну, дай, а? Может, у меня что получится…

ЯН. Ой, Бартек! Не относись к ней слишком инструментально, хорошо? Сделай это ради меня!

БАРТЕК. Ого! Кто бы говорил!

ЯН. Ты не понял… Здесь все совершенно не…

БАРТЕК. Так как? Дашь?

ЯН. Парень, к тому же это аморально! Понял? Резинки аморальны! Не знал? А любовь должна быть свободной, непринужденной! А это… Я понимаю, Кася и вправду красива. Но… Любовь, – ты понимаешь? Любовь. Ты способен увидеть за сексом любовь? Понять, что ты ее часть? Частица огромной, космической гармонии? Музыки сфер?

БАРТЕК. Да, понял, – гармонии. Ну так как? (ЯН трясет головой.) Я же знаю, у тебя есть! Кончай темнить, дед, у тебя всегда были!

ЯН. О, сын моего сына! Это клевета.

БАРТЕК. Это правда. У тебя есть. Сам видел! (Лицо ЯНА приобретает туманное выражение.) А как же ВИЧ?!

ЯН. Ну, конечно, этот ваш ВИЧ… Ах, it's only rock'n'roll, беги!

Из гаража выходит МАРЕК.

МАРЕК. Бартек, только никуда не уходите. С этой малышкой, понятно…

ЯН. Не волнуйся за Бартека, он сам справится! (К БАРТЕКУ.) Ну, лети!

МАРЕК. Никуда ты не полетишь! Вернись! (БАРТЕК и ЯН удивлены.) Лучше уж пей водку! Ну, что? Думаете, я не знаю, что у вас на уме?!

БАРТЕК. Да ты что, папа?

ЯН. Оставь его!

МАРЕК. Папа, не вмешивайся, как-никак, это мой сын!

ЯН. Он взрослый мужик! Знает, что делает!

МАРЕК. Конечно, я знаю, что он знает! Не терпится стать прадедушкой? Пусть сперва школу закончит!

ЯН. Кто бы говорил! Ты был младше него, когда меня дедушкой сделал!

МАРЕК. Именно потому я и хочу, чтобы он остался здесь! И не подрывай мой авторитет!

ЯН. Бартек, плюй на авторитет, лети! (К МАРЕКУ.) А может, ты завидуешь? А?

МАРЕК. Полегче, папа, во мне та травка еще сидит…

ЯН. И что с того?

МАРЕК. И сейчас… поверь, сейчас я могу сказать тебе такое, о чем через минуту буду… ты будешь жалеть!

ЯН. Что ж! Прошу! Подумать только! Ну, валяй, интересно, что ты мне скажешь, ну? Ты – червь банковский! Позор моего рода! Ну, говори!

МАРЕК. Папа, не перегибай палку, очень тебя прошу…

ЯН. Да, знаю, – не то ты мне скажешь… Ну так говори наконец, говори!!!

МАРЕК. Черт побери, папа, прошу тебя, не заводи меня, не то я еще…

ЯН. Нет, нет, ничего он не скажет! Он никогда ничего не скажет, трус паршивый! Трус! Коммунист проклятый, буржуй, педик, чурбан, засранец!!!

АННА (голос). Янек, иди сюда! У меня тут есть кое-что для вас!

БАРТЕК. Тихо, мать вашу!!! (Пауза, ЯН и МАРЕК удивлены.) Вы когда-нибудь перестанете?! Ведь с самого утра… Что с вами?! Я уже сыт по горло! Вот выйду отсюда, прямо сейчас, и уйду к чертовой матери, просто так… Ну, не могу я! Вы, что – разве чужие друг другу, или как? Не понимаю! А вы понимаете?!

ЯН (после паузы). Что ж. Ты прав. Это грустная правда, мальчики! Мы чужие друг другу. Я – наивный осел, сын – карьерист, продавшийся швабской маммоне, внук – из другого тысячелетия. Ничего не поделаешь. Вроде бы три Новака, кровь от крови, плоть от плоти, а ничто нас не связывает, ведь так? Ничто. И как это случилось? И когда? И чья тут вина? Ничто!

Внезапно за воротами гаража раздаются первые такты «Paint it Black». ЯН сразу оживляется, БАРТЕК слегка улыбается, МАРЕК – пока не реагирует.

Гитара! Гитара Брайана… Слышите? Та – да – дам…

БАРТЕК. А по мне лучше «Ruby Tuesday»! Там Брайан дал шороху…

ЯН (прерывает). Нет, ведь там это похоже на флейту, а здесь… Какой ритм… «I see – та, ра, ра – and I want to paint it black…»

МАРЕК. Еще бы. Но в концертной записи лучше. Там уж они дали копоти…

БАРТЕК. Этот кусок вообще как для концерта… С яйцами. Такой крутой.