Тем временем к усложнению сути инициативы приложили руку политики. В 2018 году Македония подписала Преспанское соглашение, которое позволило ей вступить в НАТО. Одним из условий членства была смена названия с Македонии на Северную Македонию, эдакая уступка Греции, которая уже давно присвоила себе название «Македония». Греция также претендует на наследие древней Македонии, родины Александра Македонского. Одно из положений Преспанского соглашения требовало, чтобы Северная Македония отказалась от какой-либо связи между собой и царством IV века до нашей эры. Поскольку многих македонских героев уже увековечили в рамках инициативы «Скопье-2014», на многих статуях теперь есть надписи, уведомляющие прохожих о том, что они не имеют никакого отношения к Северной Македонии как таковой, а скорее принадлежат к «культурному и историческому наследию всего мира». Гигантскую статую Александра Македонского верхом на коне, которая по-прежнему возвышается на главной эспланаде в центре города, переименовали в нейтрального «Конного воина», то есть битва за пригодное для использования прошлое продолжается.
Обладающей давними традициями независимости и автономии Венгрии не приходилось защищаться от соперничающих претендентов на ее самобытность, как Македонии. Те м не менее ее подход к прошлому был столь же экспансивным. Со своим уникальным языком, столь непохожим ни на один другой в Европе (финский и эстонский – всего лишь дальние его родственники), венгры чувствовали себя лишними среди восточноевропейских соседей. Это отличие долгое время служило предметом гордости, а также источником некоторой путаницы. Начиная со Средних веков, летописцы связывали прибытие в IX веке кочевых мадьярских племен – предков нынешних венгров – с предыдущими нападениями аваров и гуннов.
В XIX и XX веках ученые и интеллектуалы развили эту несколько слабую связь до тщательно разработанной теории квазирасового родства. Они утверждали, что венгры принадлежат к обширному братству народов, которые они назвали туранцами в противовес германским и славянским этническим группировкам. Туранцы включали в себя множество других бывших или нынешних кочевников, от турок до казахов и монголов. В межвоенные годы пропаганда специфически туранской идентичности стала ассоциироваться с крайне правыми движениями Венгрии. По этой причине при режиме коммунистов публичное упоминание туранизма было почти полностью запрещено, но после его падения мода на идею впечатляющим образом возродилась.
Сегодня люди в Венгрии по-разному гордятся своим кочевым, языческим прошлым. Некоторые практикуют язычество или шаманизм. Другие, стремясь к более аутентичному воплощению прошлого, сами научились древним обычаям, которые, по их мнению, зря когда-то утратили. Есть те, кто практикует «шаманскую игру на барабанах» и отправляет своих детей в специальные летние лагеря, где они могут научиться стрельбе из лука верхом на лошади. Сейчас можно найти дорожные знаки, а также множество татуировок, написанных древними венгерскими рунами. В акции участвуют даже торговые центры: один крупный супермаркет в Будапеште окружен валунами с вырезанными на них древними узорами, позаимствованными из Казахстана, Монголии и других пунктов на великом степном пути, который привел мадьяр к их нынешнему дому на берегу Дуная.
Все эти разновидности национально-кочевого возрождения сходятся в ежегодном празднике под названием Великий Курултай (раньше так называли собрания, на которых когда-то избрали монгольских ханов). Это мероприятие проводится каждый август на участке земли – пустоши – в двух часах езды к югу от Будапешта. В выходные тысячи венгров разбивают лагерь из юрт, играют музыку и готовят блюда двадцати трех тюркских племен Евразии. Музыку исполняют многочисленные группы шаманских барабанщиков; кулинары продают монгольские пельмени, а также классические венгерские блюда, такие как голубцы, гуляш и
