В то время как описанные выше заблуждения и ереси, как было сказано, беспрепятственно распространялись вышеназванными людьми, случилось так, что некий австрийский владетельный князь, по имени Краирж, осадил в союзе с жителями Будейовице, иначе Будвейс, замок Ломнице, в котором брат Жижка, захватив его, поместил своих людей. Когда слух об этом дошел до брата Жижки, он сейчас же, хотя был слеп на оба глаза, собрав своих помощников, поторопился прийти из Чаславского края, где он в то время находился, на помощь своим к замку Ломнице. Услыхав об этом, вышеназванный Краирж отступил с поля сражения, не дожидаясь его прихода. Брат же Жижка, сильно укрепив этот замок, вернулся обратно и направился к раньше упомянутому острову, чтобы уничтожить там секту пикардов. По пути он сжег захваченный им замок Подегус господина из Розы и разрушил городские стены и церковную башню в городе Собеславе, тоже им взятом и тоже принадлежавшем господину из Розы. Наконец, он достиг острова вышеуказанных еретиков пикардов и с горячей любовью к закону божьему тотчас, застигнув их врасплох, стал неустанно наступать на них со своими людьми. Несмотря на то, что они упорно защищались, как мужчины, так и женщины, и даже убили одного знатного вассала Жижки[503], все же в третий день перед днем св. Луки взято было в плен 40 человек того и другого пола и все они были убиты, кроме одного, оставленного в живых, чтобы было кому рассказать об их делах. Как говорят, ни у кого из них, кроме одного, не было ничего надето даже на бедрах. Слава тебе, господи!
И еще, в том же году, около праздника Всех святых, войско пражское приблизилось к Горам Кутным и, когда на просьбы жителей не разорять города капитаны приказали пешим людям и тем, которые находились на подводах, повернуть в сторону Часлава, некоторые у ворот города вызвали ссору и стали кричать и звать на помощь братьев, чтобы те пришли и настояли на том, чтобы горожане снабдили братьев кое-каким продовольствием. Итак, накануне дня Всех святых[504] перед обедом они вошли против воли всех капитанов в город и стали врываться в дома евреев и насильно брать все, что там находили. И в тот же день, близко к часу вечерней службы, они разбили на куски все иконы и орган в Великом соборе[505], не пощадив при этом и клиросов у алтаря, и без всякого стыда выбросили святые дары, хранившиеся по обычаю в дарохранительнице на алтаре, к великому негодованию кутногорцев, вызывая у них плач и скорбь.
И еще, ввиду того, что настоятель храма св. Михаила в Большом Городе Пражском магистр Кристан часто имел после смерти блаженной памяти короля Венцеслава столкновения с пресвитером Иоанном из-за церковной обрядности и магистр Кристан выставил против пресвитера Иоанна несколько тезисов, в субботу, перед днем св. Мартина, бургомистр города помирил их между собой в ратуше в присутствии консулов, чтобы они взаимно любили друг друга, поддерживали и защищали. Однако невзирая на такое их примирение, на другой день, т. е. в воскресенье[506], после дня св. Мартина, ученики пресвитера Иоанна сговорились между собой по окончании послеобеденной проповеди напасть на храм св. Михаила и его подворье и на магистра Кристана и его помощников, священников. Иоанн же, услыхав об этом, надо полагать, дал на это свое согласие, так как не препятствовал им. Сейчас же несколько сот человек окружили подворье плебана и храм и стали кричать, что магистра Кристана надо утопить, а храм его разрушить. Однако, как они ни хотели сделать это, с помощью божьей ничего сделать не смогли и мирно разошлись, ограничившись лишь клеветническими словами.
В то же время консулы, по настоянию упомянутого пресвитера Иоанна, назначили проповедником в храм св. Михаила, к неудовольствию магистра Кристана, священника Вильгельма[507], подозревавшегося в сочувствии ереси пикардов, который своими ежедневными проповедями больше смущал, нежели созидал.
И еще, в том же году из-за разногласий среди пражских священников, выступавших с проповедями, община всего города к великому вреду для себя разделилась на несколько частей, причем каждая из них защищала своего проповедника. Поэтому городские консулы и старейшины города сочли необходимым, чтобы магистры и священники собрались вместе и сообща договорились о том, что является причиной ссор и разделений в общине, и, согласившись на чем-нибудь, уже больше не смущали простого народа и не вносили раздора в его среду своими различными суждениями. Итак, по приказанию консулов в день Пяти братьев[508] собрались магистры и священники на совещание в коллегии Карла, где были прочитаны нижеследующие статьи, составленные магистром Якубеком из Мизы и магистром Петром Энглиш.
