Рука автоматически потянулась за второй сигаретой – нахлынувшие воспоминания отчего-то расстроили…
Вспомнился грандиозный скандал, когда супруга Василь Иваныча приходила к Люсе в садик разбираться и больно хлестнула ладонью по веснушчатой щеке. Однако все успокоилось после того, как старый ловелас пообещал жене щедрые алименты, и она вновь возникла в жизни Люси только после кончины их общего супруга от инфаркта. Оказалось, что трое его подросших детей имеют право на долю в новой квартире Люси, о чем она до тех пор не имела ни малейшего понятия…
Дряхлеющий супруг, видимо, подозревал ее в неверности в последние годы и решил проучить, заодно реабилитировав себя по отношению к обиженным потомкам. Мало того, что по завещанию к детям уплыл внушительный счет в банке – Люсе пришлось продать и просторную квартиру, переехав в крохотную двушку в удаленном спальном районе, где в настоящее время и ютилась дизайнер с нерастраченными большими амбициями.
А как классно все начиналось!
Заполучив престарелого мужа, молодая супруга первым делом сменила растоптанные кроссовки на обувь более женственную, насколько это позволял сделать размер Гулливера. Следующим шагом Люся хотела поменять толстую рыжую косу на стрижку помоднее, но тут категорически воспротивился Василь Иваныч. Коса являлась для него своеобразным фетишем, который туго наматывался на руку в минуты любовных утех. Отчего-то именно этот жест наполнял мужчину энергией, позволяя чувствовать себя неукротимым мустангом.
Люсе пришлось подчиниться, но коса не помешала ей заявить о своих посягательствах на роль хозяйки модного салона – уж очень хотелось утереть нос всем этим гордячкам вокруг, по-прежнему считающих ее неисправимо неотесанной.
Воспользовавшись поддержкой умиляющегося ее замыслам супруга, Люся поначалу бросилась самостоятельно создавать коллекцию одежды, однако своеобразный вкус и полнейшее отсутствие какого-либо понимания модных трендов быстро дали о себе знать. Но вместо того, чтобы получить профильное образование, она выбрала наилегчайший путь – наняв профессионала, отдала в его руки бразды правления своим брендом, а сама наслаждалась статусом распальцованной хозяйки.
Бизнес потихоньку шел в гору, не принося заметной прибыли, но закладываясь на перспективу. Процесс резко оборвался, когда Люсе пришлось вытащить из него крупную сумму для решения квартирного вопроса – цены на недвижимость в Москве стремились в космос, а уехать в Подмосковье было бы полной потерей лица. С того момента модный бизнес забуксовал и пошел на спад, так и не успев заработать в полную силу.
Что и говорить, пожилой любитель рыжих кос подставил ее по полной программе, и Люся, поначалу имевшая все, в одночасье осталась у протекающего корыта, не понимая, как его залатать.
Женщина очнулась от невеселых мыслей в тот момент, когда длинная трубочка серого пепла, отделившись от сигареты, рухнула на васильковую полу пиджака. Чертыхнувшись, Люся вскочила на ноги, стряхивая пепел на пол. Осмотр ткани не выявил повреждений, и она с облегчением раскрошила провинившуюся сигарету прямо перед носом серебряного льва, вновь рискуя вывести его из долгой спячки…
Закинув ногу на ногу, Люся болтала на весу тапочком мужского размера из сиреневой парчи, расшитой золотыми нитками. Облаченная в фиолетовый шелковый халат, она утопала в навороченном кресле в стиле Людовика 14-го.
Когда-то, впервые в жизни попав с Василь Иванычем в огромный Мебельный Молл, она совершенно растерялась от обилия предложения. Прохаживаясь по бескрайнему пространству, плотно заставленному мягкой мебелью, Люся с лихорадочным блеском в глазах рассматривала каждый диван, изучала каждое кресло, попадающееся на пути – сначала осторожно приседая на краешек, а затем, осмелев, плюхаясь на сиденье всем весом крупного тела, чем вызывала умиление новоиспеченного супруга и молчаливое неодобрение продавцов-консультантов.
Василь Иваныч послушно следовал по пятам за восторженной молодой женой, радуясь выражению детского счастья на широком румяном лице.
Опробовав своей пятой точкой множество округлых, угловых и традиционных по форме образцов; вдоволь повалявшись на диване в форме летающей тарелки, и вытянувшись во весь рост на кушетке в виде ярко-розовых губ, Люся с удивлением обнаружила, что тактильный контакт с обивкой сильно различается в зависимости от состава и фактуры ткани, а ее крупное тело по-разному чувствует себя в меняющейся плотности наполнителей сидений и конфигураций спинок.
– Мне нравится все! – объявила она, нехотя сползая с поролоновых губ и обозревая безграничный мягкий рай вокруг.
Василий Иванович улыбнулся. Ему как раз сопутствовала удача в делах, которая повлекла за собой покупку квартиры в новостройке, а она требовала хорошего ремонта и соответствующей обстановки. Он терпеливо ожидал вердикта Люси, позволяя ей единолично принимать решение по мебели.
