Я сняла платье, бережно убрала его в шкаф. Взяла брошь. Да очень красивое и ценное украшение. И оно действительно принадлежит мне. Подарок матушки Марии. Но эта леди, на балу, сказала, что оно принадлежало какой-то знатной леди. Графине. Как тогда эта брошь оказалась у матушки Марии? Неужели, она и есть та самая графиня? Матушка Мария – знатная дама? Как такое может быть. Не пойму. Хотя держится в обществе матушка хорошо. Имеет множество влиятельных друзей. Может, действительно, она имеет какое-то отношение к высшему свету? Как у простой настоятельницы монастыря, может быть столько богатых друзей? Раньше я об этом не задумывалась. А после слов той леди… И как такая драгоценность попала к матушке, если не была ее собственностью. Много загадок, но разгадывать их я сейчас не в силах. Еще Норман с танцем. Зачем, зачем, зачем. Глаза стали слипаться. Чай подействовал. Я легла на подушку и даже не заметила как уснула.
Утром я проснулась чуть позже обычного. В утренних хлопотах я абсолютно не думала о вчерашнем инциденте. Я умылась, оделась, взяла книги и ноты и уже готова была спускаться вниз, как в комнату вошла леди Генриэтта. До этого она была в моей комнате только раз, в день моего приезда. Весь ужас вчерашнего бала мгновенно всплыл в памяти. «Сейчас меня уволят. Что я буду делать? Куда пойду?», – подобные мысли одна за одной промелькнули в голове. Сознание начало рисовать мрачные картинки: вот я прошу милостыню, не могу найти работу, в желудке урчит от голода. Мне с трудом удалось удержать тетради в руках, ноги стали ватные. Я опустила глаза и сделала реверанс герцогине.
– Ты что не здорова? – с волнением в голосе, спросила герцогиня, подходя ближе ко мне. – Плохо спала?
– Здорова. Просто…
– Просто ты очень расстроилась из-за маленькой неприятности на балу? – не дав мне договорить, сама закончила герцогиня.
– Вы правы, ваша светлость, – подняв глаза, ответила я. – Сэр Норман не должен был так поступать. Как он мог танцевать со мной. Поверьте, я знаю свое место в этом доме, – с дрожью в голосе говорила я. – Герцог обидел невесту, у вас, наверное, будут неприятности, – я не сдержалась, и слезы покатились из глаз.
– Аннушка, не стоит плакать. Глупенькая, – герцогиня обняла меня, – ничего страшного не случилось. Норман уже свое получил. Эмилии хорошая встряска тоже не помешает. А общество? Честно говоря, я могу позволить себе не обращать внимания на светские сплетни. Пусть говорят. Гостей в зале было мало. Да и сама Эмилия, поверь мне, сделает все, чтобы скрыть разногласия с женихом.
Я не могу поверить. Меня, что не увольняют?!
– Я прошу прощения за поведение моего сына, – сказала герцогиня.
Не верю своим ушам. У меня просят прощения! Сама леди Генриэтта. Это неслыханно.
– Леди Генриэтта, какая же вы добрая, – я опустилась на колени, слезы капали из глаз, – я полагала, что вы уволите меня, а вы. Вы добрейшая женщина, – я принялась осыпать поцелуями руку герцогини.
– Голубушка, прекрати немедленно, – с нежностью в голосе, сказала герцогиня, – а то я тоже сейчас расплачусь. И чтобы как-то загладить бестактность моего сына, я хочу сделать тебе подарок.
Я поднялась, а леди Генриэтта достала маленькую коробочку и протянула ее мне.
– Открой, это тебе, – вкладывая коробочку мне в руку, сказал герцогиня.
Послушно, я открыла коробочку. На красном бархате лежало маленькое колечко с алым камнем.
– Нет, я не могу принять этот подарок, – быстро захлопнув коробочку, твердо сказала я, и протянула ее обратно герцогине.
– Как не можешь!? – воскликнула леди Генриэтта.
– Это очень дорогой подарок. Хватит с меня того, что вчера, весь вечер, та пожилая дама, не сводила с меня глаз. Точнее с моей брошки. А теперь еще кольцо.
– Оно тебе не нравиться – печально произнесла герцогиня.
– Очень нравиться, – с жаром заверила я.
– Так бери без разговоров, – герцогиня моментально открыла коробочку и надела колечко мне на палец. Все произошло так быстро, что я не успела возразить.
– Вот и хорошо. Как раз твой размер. Я очень рада, что оно тебе подошло, – скороговоркой заговорила леди Генриэтта, не давая мне вставить слова, – а теперь пойдем, Кэтти уже заждалась.
Герцогиня повернулась к двери, и мы вышли из комнаты. Слуги еще прибирали в доме после вчерашнего праздника. Гости уже разъехались, только Эмилия с родителями осталась. Они уезжают завтра.
– Я сегодня пообедаю на кухне, – сказала я.
– Почему? – герцогиня неожиданно остановилась, так что я налетела на нее.
– Простите, ваша светлость, – отходя, заговорила я, – в доме еще остались гости. И сидеть за одним столом со знатными господами, неудобно.
– Ну, хорошо, – внимательно посмотрела на меня герцогиня, – иди, позанимайся музыкой с Кэтти, а то она только и говорит о занятиях.
Я спустилась в комнату. Кэтти и Сьюзан сидели на диванчике. Девочка с видом строгой учительницы рассказывала Сьюзан про ноты. Увидев меня, она подскочила и побежала ко мне.
– Здравствуйте мисс Анна, – обняла меня малышка, – я так соскучилась по вас, по нашим занятиям.
