– Давайте. Я же маме обещала порадовать ее отличной игрой. Да и Норман приедет, – сказала Кэтти, подходя к фортепиано, – вот будет сюрприз для него.
– Брат очень тебя любит, и радуется успехам, – сказала я.
– И я его очень люблю. Брат у меня славный малый, – улыбаясь, сказала Кэтти.
Славный малый, ничего себе высказывание о взрослом мужчине из уст маленькой девочки. Вот рассмешила. Я улыбнулась, а Кэтти вопросительно взглянула на меня.
– Действительно славный, – подытожила я.
Девочка открыла крышку фортепиано и пробежалась пальчиками по клавишам. Потом быстро повернулась ко мне.
– Открою вам маленький секрет, мисс Анна, Норман дарит подарки всем членам семьи на Рождество. На праздник вас ждет подарок, – с довольной улыбкой, девочка повернулась к фортепиано, – и у меня тоже есть для вас небольшой сувенир.
– Но я ведь не член семьи, и подарки мне дарить не обязательно, – растерялась я.
Подарок Кэтти я уже приготовила – книгу, и сплетенные мной бусы. Но я никак не ожидала, что мне тоже будут подарки. Даже предположить такого не могла. Хотя с другой стороны – почему бы и нет. Джейн рассказывала, что ее отец обязательно делает небольшие подарки всем слугам на Рождество. Но откуда Кэтти знает, что Норман готовит мне презент. Неужели, они говорили обо мне. Кэтти хоть и маленькая, но такая смышленая девочка, что с ней надо держать язык за зубами. Она может сделать правильный вывод, и мои чувства станут известны не только Норману. Может мне тоже нужно приготовить подарок Норману? Но что я могу ему подарить. У него все есть. Это я буду рада любому подарку от любимого человека. Еще есть время, я смогу вышить платочек. Но примет ли он такой подарок?
– Завтра будут наряжать елку, – прервала мои мысли Кэтти, – вы ведь пойдете со мной? Это так интересно, – оживилась девочка.
– Пойду. А ты знаешь, что наряжать елку стали совсем недавно.
– А раньше, что наряжали, дуб?
– Почему дуб? Раньше ничего не наряжали, довольствовались только веточками зеленых деревьев и обязательно прикрепляли над дверью или на потолке ветки омелы белой, – Кэтти внимательно слушала меня.
– Мама тоже всегда говорит, чтобы веточки омелы вешали над дверью в гостиную, – девочка подняла руку, как бы показывая омелу, – я так люблю стоять под ней, – засмеялась Кэтти, – тогда все меня целуют.
– Тебя и так все целуют, – расхохоталась я, – ты такая красавица, что устоять против твоих чар очень трудно, – с серьезным видом добавила я, немного успокоившись.
Кэтти нравится, когда с ней говорят, как с взрослой.
– Мне нравится, когда наш дворецкий, Лукас, целует меня в щечку. Его пышные усы, так щекочут, что слезы выступают на глазах, – девочка закрыла глаза, видимо вспоминая дворецкого, и расхохоталась, – вам, мисс Анна, обязательно надо остановиться под омелой, когда Лукас рядом, он вас поцелует, тогда вы тоже будете смеяться.
Вмиг я представила как дворецкий, всегда степенный, сдержанный, вдруг целует меня, да еще щекочет пышными усами. Не сдержавшись, я засмеялась. Ко мне Лукас относится с уважением, как к дочери.
– Ну что ты, маленькая озорница, – со смехом, сказала я, – давай заниматься.
Весь вечер Кэтти не отпускала меня от себя. А на следующее утро вихрем влетела ко мне в комнату, забыв постучать. Следом за девочкой, на пороге появилась Сьюзан с расческой в руке.
– Доброе утро мисс Анна! – воскликнула Кэтти, – как хорошо, что вы уже одеты. Пойдемте, – подлетев ко мне, малышка стала тащить меня к двери, – в гостиную внесли елку, будут устанавливать.
– Я то одета, а вот ты, гляжу, не совсем.
Девочка остановилась, как вкопанная. Посмотрела на свое платье, потом перевела непонимающий взгляд на меня.
– Посмотри, ты так торопилась, что нижняя юбка сбилась на бок, а что с твоими волосами? – я покачала головой, – ты же взрослая леди, а ведешь себя, как несмышленый ребенок. Сьюзан заставляешь бегать с самого утра.
– Извините, – девочка повернулась к горничной, – давайте причешемся здесь, у мисс Анны. Вы не против? – обратилась Кэтти ко мне.
– Вот зеркало, укладывайте волосы, а я возьму книги для занятий.
– Мисс Анна, а может, не будем сегодня заниматься, – просящим голосом сказала девочка, и взглянула на меня в зеркале, – и завтра тоже, – быстро добавила она, – ведь грядет большой праздник, – подняв указательный палец вверх, важно, как священник в церкви, произнесла Кэтти.
– Спросим разрешения у леди Генриэтты, – заключила я.
Девочка улыбнулась. Она знала, что мама позволит устроить рождественские каникулы на несколько дней раньше.
При всем параде мы спустились вниз. Уже на лестнице слышится запах ели. Этот запах ни с чем не спутаешь. Он особенный. Матушка говорила, что на Рождество происходят чудеса. И я всегда верю, что что-то хорошее обязательно произойдет. Хотя в монастыре ничего не происходило. Следующее Рождество было точной копией предыдущего. Но детская вера в сказку до сих пор осталась во мне. Я верю в лучшее.
