– Ты знаешь, Анна, ради того чтобы быть с тобой, я готов покинуть высший свет. Главное – наша семья и наше счастье, а мнение этих сплетников меня не интересует.
Я растерянно смотрела на его серьезное лицо, как вдруг он по-мальчишески задорно улыбнулся и прильнул к моим губам. У меня снова закружилась голова, ноги подкосились, и я едва устояла, обняв Нормана за шею. В его объятьях время летело незаметно. Наш страстный поцелуй прервал шум за окном. Было слышно, как, цокая копытами, подъезжает экипаж.
– Наверное, мама с Робертом вернулись, – обнимая меня, сказал Норман.
– Мне надо бежать, – взволнованно сказала я, – не хорошо, если они нас застанут вместе.
Норман глубоко вздохнул и нехотя выпустил меня из объятий.
– Когда же мы сможем побыть наедине столько, сколько хочется, – недовольно пробурчал он, – и чтобы никто не мешал.
«Скорее всего – никогда», – мелькнула у меня мысль. Но вслух я ее не сказала, лишь поцеловала Нормана и бегом бросилась к себе в комнату, опасаясь столкнуться с леди Генриэттой. Но я успела. Входная дверь стукнула в тот момент, когда я уже находилась на верхней ступеньке лестницы.
«Вот это денек вчера выдался», – думала я, лежа в постели. Проснулась я рано, но вставать не хотелось. В доме все еще спят, только с нижнего этажа доносятся глухие звуки, наверное, миссис Роза уже занята работой.
Вчера был самый счастливый день в моей жизни. Норман признался мне в любви. Мне хочется петь, петь так громко, чтобы слышали все. Все в доме, все в окрестностях, все в мире. Я радостно улыбалась, не в силах сдержать эмоции. Поднявшись с подушки, взглянула в зеркало. Лицо светилось от счастья. Единственное огорчение – это Эмилия, но Норман заверил, что не женится на ней. Ему хорошо со мной. Эмилию он не любит и обязательно, что-нибудь придумает, чтобы разрешить эту конфликтную ситуацию. Я радовалась так, как радуется несмышленый ребенок новой игрушке. Только любовь для меня совсем не игрушка. Я полюбила Нормана всей душой. А теперь, когда я знаю, что любовь взаимная, кажется, можно горы свернуть, и мы обязательно будем вместе.
Я встала, открыла шкаф и стала выбирать, какое платье сегодня надеть. Так хочется быть красивой. Красивой для любимого человека. Новых платьев у меня нет. Однако, наряды, подаренные герцогиней, еще в хорошем состоянии, я умею аккуратно носить одежду. Надо бы, купить себе какую-нибудь обновку. Я выбрала белое платье и стала укладывать волосы, стоя перед большим зеркалом.
«Я просто красавица», – так и хочется сказать себе.
Я изменилась в последнее время, стала чаще заглядывать в зеркало, хочу научиться ездить верхом. В монастыре я была скромнее. Неужели, то недолгое пребывание в таком огромном доме, рядом с богатыми людьми, избаловало меня. Нет, не может быть. Я все та же Анна, которая несколько месяцев назад, несмело переступила порог богатого дома. Тихая, скромная, но теперь влюбленная девушка. Хотя, я стала смелее, более разговорчивая.
«Нужно спускаться, а то опоздаю на завтрак, и леди Генриэтта будет недовольна», – подумала я и вышла из комнаты.
Коридор был пуст, я посмотрела на цветок, сломанный во время приема по случаю охоты на лис. Он отошел, и даже выпустил новый бутон, скоро расцветет.
– Какая красивая роза, прямо как вы, мисс Анна, – над самым моим ухом, проговорил Роберт.
Я не слышала, как он подошел, и вздрогнула от неожиданности.
– Вы испугались, – с деланной улыбкой, произнес юноша, – не стоит, я вас не съем.
– Не испугалась, просто я не ожидала встретить вас тут.
– Вы спускаетесь в гостиную, на завтрак? Позвольте мне вас сопровождать, – Роберт предложил мне руку.
Этот разговор мне не понравился. Как-то Роберт уж мягко стелет. Что ему от меня понадобилось? Но отказываться неприлично и мне ничего не оставалось, как опереться на его руку.
– Так вы гувернантка мисс Кэтти? – заглядывая мне в глаза и в то же время поглаживая руку, спросил Роберт.
Это уже чересчур, гладить мне руку. Я почувствовала непреодолимое желание освободиться, но выдернуть руку неловко, может он не имеет в виду ничего плохого.
– Да я гувернантка мисс Кэтти, – сухо ответила я и ускорила шаг.
– Вы сильно проголодались, что так спешите? – сжав мою руку, с милой улыбкой поинетересовался Роберт.
И зачем я только согласилась на его предложение. Он так сжал мою руку, что мне стало жарко. Что значат все эти его улыбки и слова?
– Предпочитаю приходить вовремя, не могу же я, заставлять ждать леди Генриэтту, – сказала я и высвободила руку, – собственно мы уже пришли.
Я сама открыла дверь гостиной, Лукаса нигде не было видно. Леди Генриэтта сидит на диванчике и разбирает письма. Увидев нас, она отложила корреспонденцию и улыбнулась.
– Доброе утро, Аннушка! Как спалось Роберт?
– Спасибо, хорошо, ваша светлость, – вежливо ответил молодой человек и поклонился герцогине.
– А Норман еще не спустился? Вчера лег раньше нас и до сих пор спит! – Роберт покачал головой.
– Надо бы спросить Нормана, что вчера произошло на балу? Он так быстро уехал, даже не простился с бароном, – сказала герцогиня, – вы, Роберт, не знаете, что случилось?
