Тяжелая беременность привела к тяжелым родам. Она не знала, сколько раз кричала во время родов. Часы сливались с днями, и даже Даркен был рядом с ней к концу. Она бросила на него взгляд со всей своей энергией, когда он попытался сесть рядом с ней, шипя, что она не приглашала его и не хочет, чтобы кто-то был с ней. Это была ложь — она хотела бы любимого человека. Но по какой-то причине она избавила его от всей правды.
Он все равно был там, водя пальцем по нижней губе, его поза предупреждала всех присутствующих, что он не смирится с неудачей.
Кэлен стиснула зубы, чтобы сдержать еще один крик, когда акушерка крикнула:
— Почти готово! Еще один толчок и дело сделано. Благодарите Создателя. — Она откинулась на подушки, дрожа конечностями, и ждала вопля своей новорожденной девочки. Морган, они выбрали имя. Морган неожиданный ребенок.
Крик не раздался. Ни каких других звуков. В комнате почти воцарилась тишина, если не считать утомленного тяжелого дыхания Кэлен.
— Что такое? — спросила она в замешательстве.
Нет ответа. Акушерка даже не оторвалась от того места, где она стояла, на коленях между ног Кэлен. Краем глаза Кэлен увидела, что Даркен также застыл, а все остальные слуги попятились. Беспокойство сжало сердце Кэлен в кулак, и она села, не обращая внимания на усталость.
— Что такое? — спросила она.
Наконец голова акушерки поднялась, щеки побледнели.
— Ребенок мертв. — Мир Кэлен перестал вращаться.
— Дай посмотреть, — сдавленным голосом потребовал Даркен. Кэлен не могла ясно видеть, ее зрение внезапно затуманилось, когда акушерка протянула вялый сверток Лорду Ралу. Чтобы увидеть опустошение Даркена, не требовалось особого зрения; то, как он отступил, было словно удар, вонзило кинжал Кэлен в грудь.
— Нет, — прошептала она никому, чувствуя, как ее охватывает внезапный ужас.
— Мне очень жаль… она, вероятно, была мертва до того, как начались роды, — сказала акушерка, не обращаясь ни к кому конкретно. — Я уберу все и потом уйду. — Она поспешила к кровати, чтобы приступить к работе, как будто боялась, что ее накажут, как только они преодолеют шок.
Мучительный стон вырвался из горла Кэлен, прежде чем она поняла, что его сжимает горе. Она смотрела на безжизненный сверток, который должен был быть ее дочерью, и это было все равно, что смотреть на часть себя, ампутированную без причины. Мгновенная боль была мучительной, и она испустила еще один крик. Мёртвая. Ее дочь была мертва. Ушла, прежде чем она даже увидела ее лицо или прикоснулась к ней. В тот момент Кэлен пожалела, что это она лежала там мертвая, когда она снова закричала от горя, не в силах сдержать это.
Она не заметила, что Даркен не ушел, а вместо этого повернулся лицом к углу, словно пытаясь спрятаться от мира. Ничто не имело значения, кроме нее и ребенка, которой больше не существовало. Даже к тому времени, когда акушерка все убрала, Кэлен все еще качалась вперед, сжав руки от боли внезапного горя. Глаза защипало, но слез не было. Все болело. Все.
Затем ей на плечо легла рука, и она испустила еще один крик боли, прежде чем поняла, что это был Даркен. Он сидел рядом с ней, прикасаясь к ней, и она не была уверена, он утешал ее или самого себя.
— Не трогай меня! — приказала она, несмотря ни на что, дрожащим голосом. Он проигнорировал ее, притянув к себе в объятия, и это были не мягкие, а крепкие и почти требовательные объятия. Она ударила его, ее дыхание превратилось в рыдания от боли, но он не отпускал ее. — Оставь меня в одну, — умоляла она, закрывая глаза и видя лишь образ своего ребенка, которого теперь уже не было. Это было хуже, чем все ее кошмары вместе взятые, и, о Творец, как это было больно.
— Не говори, — сказал он хриплым от волнения голосом. Кэлен почувствовала дрожь в его объятиях, настойчивость в том, как он прижимал ее к своей груди. Их ребенок. Даже когда горе охватило ее мозг, факты не ускользнули от нее.
У Кэлен сейчас не было сил. Во многих аспектах у нее их не было.
Они были одни, все доказательства смерти удалены. Даркен сидел рядом с ней на кровать и крепко прижимал к себе, словно цепляясь за свою единственную константу. Убитая горем, измученная Кэлен перестала сопротивляться. Слеза упала с ее глаза на его грудь. Тогда она поймала себя на том, что плачет напротив него, и не знала, остановится ли когда-нибудь.
========== Часть 9 ==========
Потеря. Это было простое слово, и в любое другое время Даркен назвал бы его плоским. Что может сделать отсутствие чего-то независимому человеку? Но сейчас… Но сейчас…
