— То есть не вы сказали ему, что в школе я «любила покомандовать» и «выглядела совсем не так, как сейчас»?
Да чтоб меня. Скорп, и нахрена ты запоминаешь всё, что я говорю?
— Пожалуй, но и то и другое — правда. И в чём проблема?
— Это выглядит так, как будто вы пресекаете поведение своего сына не потому, что недопустимо относиться так к учителю, а потому что я магглорождённая.
— Воу, и откуда же это взялось? Он спросил, какой вы были в юности, и я ответил. Вы хотели бы, чтобы я солгал своему сыну о том, что мы были лучшими друзьями?
— И что же вы имели в виду, если не чистоту крови, говоря ему о том, что я уже тогда была «совершенно недоступной»?
И Драко взорвался.
— Ты чертовски бесишь меня, Грейнджер! Веришь ты или нет, я не говорю с сыном о чистоте крови, и если Скорпиус решит встречаться исключительно с магглорождёнными — так тому и быть! Я просто пытался донести до него, что ты его учитель и поэтому по многим причинам он может мечтать о ком угодно, кроме тебя. Скорпиус не передал, что я считаю тебя отличным учителем и просил его уважать тебя и других профессоров, нет? Не упомянул? Конечно, нет, чёрт возьми, потому что всё в моей жизни происходит не так, как мне хотелось бы. Поэтому пожури меня — и покончим с этим, Грейнджер, потому что мне осточертели эти упрёки из-за глупых увлечений моего сына. Мне искренне жаль, что он к тебе неровно дышит, и будь уверена, я никогда бы не смог и представить, что такое случится со мной. Должно быть, это какая-то глупая шутка вселенной, из-за которой мой сын хочет Гермиону Грейнджер, девушку, над которой я издевался всё то время, пока мы учились в школе. Он просто тринадцатилетний мальчик, который не может справиться с гормонами, а я не в состоянии контролировать, кто ему нравится. Теперь я могу идти?
Профессорская маска давно упала с лица Гермионы — ещё где-то на середине его речи, после слов «я считаю тебя отличным учителем».
Кажется, она была неправа. Было глупо с её стороны считать, что отцовство и добрых пятнадцать лет после окончания войны ни чуточку не изменили Драко Малфоя.
Пришлось проглотить комок в горле, прежде чем она смогла сказать кое-что важное — кое-что, что она много раз говорила многим людям, но никогда — Драко Малфою.
— Прости, — её голос был настолько тих, что он почти не расслышал.
— Что?..
— Прости, Мал… то есть мистер Малфой.
Драко окаменел. М-да. Мне определённо слишком нравится, когда она так меня называет.
— Я не имела права даже намекать, что вы пытаетесь промыть Скорпиусу мозги и превратить его в… ну… себя в его возрасте. Это было совершенно недопустимо, и я надеюсь, что вы примете мои извинения.
Драко приподнял бровь. Гермиона Грейнджер только что извинилась перед ним. Это было приятно. Это было хорошо. Это стоило той трёпки нервов, что ему задали в последние дни.
— Извинения приняты.
— Знаете, Скорпиус правда очень хороший мальчик. Его обожают все профессора школы, вы можете им гордиться.
— И я горжусь.
— Правда, непонятно, откуда у него это…
— Никак не можете остановиться? — ухмыльнулся Драко. — Хотите принести ещё порцию извинений?
— Мистер Малфой, — проклятье, она до смерти меня доведёт, — мне очень жаль, и я постараюсь не обвинять вас в гнусных методах воспитания отныне и в будущем. Кроме того, должна признаться, мне нравится преподавать ему… когда он не пытается ко мне подкатить.
Драко рассмеялся.
— Победа за тобой, Грейнджер. Это были эпичные извинения. И, поскольку на этой неделе я ещё не просил прощения за выходки своего отпрыска… Я приношу свои искренние извинения за развратное поведение своего сына по отношению к вам, профессор Грейнджер.
Оу-у, чёрт подери. Ему правда не стоит меня так называть, подумала Гермиона.
— И я продолжу следить за тем, чтобы мой нерадивый сын понимал, что должен относиться с уважением к женщине и быть полной противоположностью тому, кем был я в его возрасте.
— Вот и отлично, — Гермиона подавила улыбку.
— Отлично, — Драко прикусил губу, сдерживая ухмылку. — Полагаю, увижу вас, когда мой сын в следующий раз сделает нечто постыдное или унизительное.
— Жду с нетерпением, — Гермиона закатила глаза.
— Как и я, — едва слышно пробормотал Драко, переступив порог классной комнаты.
========== Румянец и сливочное пиво ==========
— Тебе нужно с кем-нибудь переспать, — провозгласила Джинни.
— Джинни, потише, — шикнула в ответ Грейнджер над бокалом сливочного пива и закашлялась.
Гермиона вместе с Гарри и Джинни сидели за столиком в нише в Трёх мётлах. Вечером выходного дня паб был переполнен. Впрочем, Джинни никогда не беспокоилась о лишних ушах и использовала все возможные децибелы своего громкого голоса, стоило ей слегка набраться.
— И когда ты это делала в последний раз?
— Да что ты привязалась, Джин? — Гермиона совсем не хотела отвечать на этот вопрос, ведь ответом было «грёбаную вечность назад».
— Ты дёрганая. И напряжённая. И ты совершенно непристойно поглаживаешь этот бокал сливочного пива, — присоединился Гарри к своей жене.
Гермиона опасно сузила глаза.
— Et tu¹, Гарри?
