— Да, — ведьма уже более уверенным жестом потянулась к кулону из обработанного алхимией серебра, прикрыла глаза на несколько секунд, восстанавливая небольшую часть резерва из сделанного ещё в школе запаса магической энергии. — Да, здесь смогу и одна закончить. Я не буду задерживать всех, правда.
— Надеюсь на твоё благоразумие, — закончил разговор маг, прежде чем выйти из комнаты. Жестом остановил стоявшую в дверях Грейнджер, не дав ей броситься внутрь. У них ещё было достаточно работы на сегодня. По графику нужно успеть закончить с этим этажом и приступить к следующему.
***
Одиннадцатое марта — вторник, самый обычный будний день для многих волшебников.
Для профессора Арчибальда дата значила куда больше, но он старался этого никак не демонстрировать. Восемь уроков, время на домашнюю работу, ещё один сбор клуба, похожий на предыдущие. В отличие от походов на «изнанку» замка и экзорцизма над Поттером, к текущему плану большую часть студентов не привлекали и даже не ставили в известность. А создание магических накопителей для применения в артефактах или для хранения личного запаса энергии уже давно стало нормальной частью занятий, вряд ли даже их куратор обратил бы внимание на неожиданно возросший интерес к данному направлению. Тем более что среди большей части волшебников это всё ещё считалось «баловством», ненужным дополнением к уже готовым артефактам, чтобы как-то добавить им пару лишних функций.
Расходились последние участники, уже когда стемнело. Мерфи имел привычку задерживаться долго, наблюдая за прогрессом однокурсников и студентов помладше, так что никого не должно удивить, что он остался последним. Или что «его девушки» нет рядом — Эмбер ещё раньше вызвалась проводить Лавгуд к их общежитию. Так что класс он покидал в одиночестве.
— Нам есть о чём поговорить, — не тратя время на вступление, заявила Грейнджер, которая уже ожидала его за ближайшим поворотом.
Кайнетт лишь молча кивнул и последовал за ней к лестнице, к счастью, неподвижной и не имеющей риск вдруг повернуться совсем к другому крылу школы. О том, что нужно побеседовать наедине, ведьма предупредила его ещё в клубе. За несколько минут они добрались до вершины одной из малых башен замка. Холодный туман с гор и сырой ветер быстро разогнали всех любителей поздних прогулок по классам и гостиным, но мага и ведьму подобное мелкое неудобство не остановило.
— Я слушаю, — произнёс он, опершись на каменный парапет, перед этим просушенный простым заклинанием.
— Ты сегодня превзошел самого себя, Джеймс, — заявила ведьма, остановившись напротив. Никто из них не использовал «Люмос», чтобы не привлекать внимания посторонних, но и отсветов из окон замка вполне хватало чтобы увидеть — Грейнджер далеко не в лучшем настроении. — Если бы я тебя столько лет не знала, то решила бы, что ты вдруг решил начать издеваться над Луной. Серьёзно, может быть, стоит уже немного сбавить темп занятий? Накопители лишними не бывают, я не спорю. И учиться тоже нужно. Но её же из клуба Эми практически на себе несла к башне, после всех твоих заданий. И это всего через три дня после… той тренировки.
— От тебя это слышать особенно любопытно.
— Скажи уж прямо, «лицемерно», — уточнила она, не став протестовать. — Но я сама этого хотела.
— Она — тоже, — напомнил Кайнетт. — Даже в большей степени, чем ты. У тебя не было выбора. Луна пришла сама и попросила её учить сама.
— Знаю. И тем не менее — Луна могла просто не понимать, на что соглашается. А я о ней забочусь, — Грейнджер отвернулась и посмотрела на скрытое туманом озеро. Добавила тише: — Ты вряд ли можешь сказать то же самое… вслух, по крайней мере.
— Предлагаешь отказать ей в уроках? — уточнил он, глядя в ту же сторону. Ничего особенного, серая пелена, скрывающая всё.
— Всего лишь ввести некоторые рамки. Об этом я хотела поговорить. А ещё задать тебе один связанный вопрос.
— И какой же?
— Где для тебя лежит предел, Эль-Меллой? — спросила она, обернувшись. — Есть ли черта, которую ты не сможешь пересечь?
Кайнетт не ожидал такого обращения. Он знал, что в свободное время ведьма вместе с Тейлор пытается узнать что-нибудь о нём и о его прошлом. Да и не могло быть иначе с её неуёмным любопытством, которое ещё наверняка доставит множество проблем. Он даже ничем не препятствовал, но и никаких подсказок тоже не давал, время от времени подкидывая ложный след в виде какой-нибудь оговорки или вдруг проскочившего акцента. Однако по негласному уговору никто из посвященных в эту тайну старался не использовать известное им «настоящее имя» Мерфи, даже наедине. Видимо, Грейнджер очень серьёзно отнеслась к происходящему, раз пошла на такие крайности. Или очень хотела получить от него ответы.
— Это очень… абстрактная тема для беседы, — произнёс он медленно, обдумав всё-таки и сам вопрос.
