— А ты не в том, чтобы от них отмахиваться, если после не собираешься соблюдать свои же правила. От всей школы ты не отобьешься, каким бы «великим» ни был. И безнаказанно творить, что вздумается, тебе тоже никто не даст. Я вот размен «жизнь Гарри Поттера на жизнь темного лорда» вообще считаю крайне выгодным.
— Как занимательно… Думаю, мы ещё поговорим об этом при случае. Ведь в простом разговоре двух студентов нет ничего опасного. А пока вам тут и так будет, что обсудить.
Самозванец покинул лазарет и направился по коридорам, не обращая внимания на холод. За спиной у него лязгнул брошенный на каменный пол тесак, донеслись голоса и тут же стихли, отрезанные тяжелой дверью. Тем временем в иллюзорной «гостиной» Волдеморт всё в том же облике слизеринского студента подошел ближе к Гарри и произнёс:
— А теперь разберёмся с тобой. Я невысокого мнения о твоих умственных способностях, Гарри Поттер, но надеюсь, даже ты теперь понял, в каком положении оказался. Скажу честно, мой ритуал должен был тебя раздавить, прежде чем впустить меня, но старик помешал в самый ответственный момент, спутав все карты, и потому мне от тебя никуда теперь не деться. И раз уж мы теперь вынуждены быть здесь соседями, я предлагаю тебе сотрудничать со мной по-хорошему. Мы можем разделить твоё время. Уроки, эссе, отработки и прочая школьная рутина — этим ты будешь заниматься сам, не отвлекая меня. Но несколько часов на выходных и в обычные дни я буду занимать твоё место и делать то, что мне необходимо. Взаимовыгодное сотрудничество, ты не находишь?
Гарри почувствовал, что навалившаяся на него тяжесть немного отступила, и он теперь снова может говорить. Однако двигаться по-прежнему не способен. Страх где-то глубоко внутри подсказывал ему, что глупо спорить с сумасшедшим, который буквально способен управлять твоим телом по своей воле, как ему вздумается. И который может тебя убить в любую секунду. Согласиться было бы намного проще, в конце концов, он одиннадцать лет жил на положении нелюбимой собаки, которую каждый норовит пнуть лишний раз — и ещё три года потерпел бы неудобства. Подумаешь, пару часов в день… Но вместо этого Гарри поднял голову и сказал то единственное, что годилось в данной ситуации:
— Катись к дьяволу, убийца!
— Занятно… Ты уже сотни раз слышал, как же ты похож на своего отца, я это знаю. Но вот я сейчас точно могу сказать, что ты ничем не отличаешься от этого идиота. Джеймс Поттер на пороге своего дома сказал мне то же самое, слово в слово. Ты ведь знаешь, что с ним стало после? Впрочем, я обязан был предоставить тебе выбор. Но раз уж здравомыслие тебе чуждо, думаю, стоит преподать подходящий урок. Для меня несложно поддерживать подобный образ, но ты его просто не заслуживаешь, — Волдеморт без усилий подхватил пытающегося вырваться Гарри за воротник мантии и потащил за собой. — Плохих детей полагается наказывать, и твои родственники-магглы подали неплохой пример, как именно стоит это делать.
Обернувшись, Гарри с ужасом увидел распахнутую дверь чулана под лестницей, к которой его волокли. Он пытался вырываться сильнее, уцепиться хоть за что-нибудь, выиграть несколько секунд… Но всё было тщетно. Мощный рывок швырнул его внутрь, дверь захлопнулась за спиной, и тут же весь дом вокруг словно бы исчез, оставив Гарри одного в сером полумраке. При этом он всё ещё продолжал видеть, слышать и чувствовать, как Волдеморт в его теле поднимается по холодным ступеням каменной лестницы к башне Гриффиндора.
— Я долгие годы мог лишь наблюдать, не в силах ничего сделать и ни на что повлиять, не имея возможности даже самостоятельно сдвинуть ветку или перевернуть камень. За всё, что ты сделал, думаю, самое меньшее, чего ты заслуживаешь — повторить мой опыт, Гарри Поттер. Наслаждайся своим бессилием. Теперь это очень надолго, — услышал он напоследок свистящий шепот из-за двери, а затем и Волдеморт исчез, оставив его в полном одиночестве.
— Джеймс?
— Да? — отозвался маг, оборачиваясь к догнавшей его Грейнджер. Они уже покинули область свёрнутого пространства и сейчас находились на площади перед вокзалом в окружении очередной группы волшебников и ведьм, добирающихся домой немагическими средствами.
— На пару слов, — произнесла Грейнджер с намёком.
— Кенни, — Кайнетт подтолкнул следующего рядом с ним первокурсника и добавил: — Иди к отцу, я скоро догоню.
— Понимаю-понимаю, не буду мешать, — фыркнув и демонстративно отвернувшись, мальчишка направился к ожидающему его у машины Альберту.
Когда следовавшие вместе с ними студенты разошлись, а новая группа вокзал ещё не покинула, ведьма негромко спросила:
— Джеймс, скажи мне, его ещё можно спасти? — не давая начать объяснения, она быстро уточнила: — Просто — да или нет?
— Да, — ответил маг без колебаний.
— Хорошо, — с видимым облегчением сказала она всё так же тихо. — Тогда позже я позвоню, и мы обстоятельно с тобой побеседуем. Обо всём этом…
