Пока на игровом поле не происходило ничего неожиданного, Кайнетт оглядел трибуны для зрителей. Дальше среди младших курсов Слизерина Риверс о чём-то увлеченно болтал с заметно растерянной Габриэль Делакур. Полувейла отвечала ему, но было видно, она никак не может понять, что же тут происходит. Второкурсник, ещё недавно терявший голову от её случайного взгляда, практически не поддавался чарам, постоянно перехватывая контроль над разговором и заставляя уже её с непривычки теряться, не в силах быстро подобрать подходящий ответ. На самом деле причина была довольно проста — сегодня ему после всех доработок были переданы очки Грейнджер, чтобы он мог на практике испытать защиту от ментального воздействия, благо один из источников такого воздействия есть прямо под рукой. Пока, судя по всему, пассивное действие «очарования» вейл мистический знак если не отсекал полностью, то снижал до переносимого. Требовалось ещё проверить, сможет ли Габриэль преодолеть защиту, если сосредоточится, но, кажется, именно этого волшебник сейчас и пытался добиться, выводя её из привычного равновесия и лишая уверенности, с которой она привыкла контролировать окружающих.
— Двести ярдов до стены! — громко объявил комментатор. — Хогвартс и Шармбатон вырвались вперёд, но и Дурмстранг отстал от них ненамного. А-а-а-а теперь немногие, кто не спал на уроке истории и внимательно читал про восстание Браука, уже вспомнили, что у этого гоблина было четыре ручных дракона, и поняли, что сейчас последует. В полном соответствии с хрониками и записанными воспоминаниями очевидцев, участников сейчас ждёт… Дра-а-аконье пламя!
Ругательства на нескольких языках от команды Шармбатона (разумеется, не слишком интересовавшейся такими деталями одного не слишком важного сражения из британской истории) донеслись даже до трибун, но профессора сделали вид, что ничего не заметили. Конечно же, никто не собирался выпускать против двух десятков детей настоящих драконов. Просто со стен ударили два созданных чарами авроров толстых столба оранжевого пламени, протянувшись в сторону двух подобравшихся близко команд. У Шармбатона стена ветра вытянулась вперёд, чтобы хотя бы частично рассечь и рассеять огонь в стороны, а големы присели, смыкая свои каменные щиты. Баррикада Хогвартса начала быстро покрываться целыми слоями материализованного льда, а затем несколько серебристых, ярких даже в дневном свете щитов возникли перед ней один за другим, прежде чем последний полукруглый барьер прикрыл команду со всех сторон за секунды до удара пламени.
Кайнетт покачал головой, глядя как медленно поддаётся под действием магического огня возведенная защита. Похоже, «Поттер» станет героем этого матча. Так быстро и чётко создать несколько не самых слабых барьеров — этого не смог даже слегка растерявшийся Диггори, не говоря о шестикурсниках и Малфое. Само собой, сказывалась огромная разница в опыте между «лордом» и обычными студентами четырнадцати-семнадцати лет. Однако маг был практически уверен, что даже пятнадцатилетний Реддл выступил бы не намного хуже. Как и в различных учебных дисциплинах — за два месяца «Поттер», до того державшийся по успеваемости где-то в середине, стремительно вырвался вперёд, приближаясь к лидерам своего курса. Конечно, не сложно быть первым среди детей, не имеющих и десятой части его опыта — ещё одна причина, почему и Кайнетт не видел причин гордиться или хотя бы придавать значение своим высшим баллам в школе. Однако судя по всем оставшимся знакам почёта и наградным листам, Том Реддл демонстрировал в этих стенах не намного худшие результаты ещё пятьдесят лет назад.
И вновь возникал вопрос — почему? Почему именно он? И почему таких, как он, настолько мало? Если судить всего лишь по этому турниру, доступные волшебникам возможности достаточно велики и разнообразны даже в пределах общеевропейской магической традиции, не говоря о всякой азиатской и африканской экзотике или запрещенных областях. Но почему тех, кто, подобно Реддлу, хотя бы пытаются достичь пика своих магических способностей, так немного? Не то чтобы среди магов Ассоциации и собственных студентов Арчибальда не существовало бездельников и лентяев — они есть везде. Однако играла свою роль разница в подходах. Когда потратишь годы, терпя боль, чтобы только научиться зажигать огонь или замораживать воду, захочешь взять от своего дара как можно больше. Когда для достижения того же эффекта достаточно просто ловко махать куском дерева и не путаться в нескольких слогах, ценность каждого доступного заклинания уже не ощущается так явно.
