— Она будет тебя страховать, на случай, если не справишься с кругом. Всего лишь предосторожность. При самом удачном стечении обстоятельств ей вообще вмешиваться не потребуется. Но помощь не помешает, всё-таки ты первый раз будешь контролировать столь сложный ритуал.
— Ладно, тут уж тебе виднее. Потом посмотрю, что там, главное только не забыть.
***
Утро понедельника наступило быстро. Поезд в школу отбывал в одиннадцать, до приезда такси нужно было привести себя в порядок и сложить все свои вещи. Даже один свиток с магическим кругом или учебник по ритуалам и рунам, забытый на съёмной квартире в Лондоне, вполне тянул бы на нарушение Статута с неизбежным разбирательством и последующим наказанием. Несмотря на тяжелые и выматывающие тренировки, большой объём новой информации, которую потребуется запомнить наизусть, несколько не самых приятных откровений от своего ученика — всё равно Гермиона считала, что эти каникулы ей запомнятся как что-то интересное и необычное. Даже учитывая причины, из-за которых они оказались здесь, всё равно изучение редких и опасных заклинаний в узком кругу, в тайне ото всех… это звучало как настоящие приключение. А возможно когда-то именно из-за тяги к подобным вещам она оказалась на Гриффиндоре, а не на Рейвенкло. И хотя последние несколько лет в школе обеспечили её «приключениями» с большим запасом на годы вперёд, всё равно вот такие, не включающие обязательного смертельного риска, авантюры до сих пор сохранили для неё свою привлекательность, пускай вслух она бы в этом никогда и не призналась.
Карин собралась раньше неё и уже ждала в гостиной, поставив чемодан у кресла. Рядом оказался и Мерфи, тоже пока оставивший свой багаж у стены. Гермиона поставила собственный чемодан на диване и решила, что стоит что-нибудь сказать, подвести итоги:
— Что ж, я думаю, всё, что планировали, мы за эти три дня успели сделать. Теперь останется только повторять пройденный материал уже в школе.
— Полагаю, месяца на это вполне хватит, — вроде бы без лишней мысли произнёс Кайнетт, переводя взгляд между ведьмами.
— Месяца? — уточнила Тейлор.
— Да, всё запланировано на предпоследний тур, это будет середина мая, — подтвердил он. — Все свои действия успеешь выучить наизусть.
— Постой, — вдруг спохватилась Грейнджер. — Она же…
— Да всё в порядке, — заверил её маг. Затем спросил, глядя Тейлор в глаза: — Ведь так?
— Всё в порядке, — заторможено ответила та, без выражения глядя перед собой.
— Видишь. А теперь дай мне несколько минут, нужно кое-что поправить.
— Что ты сделал? — спросила Грейнджер устало. Появившееся с утра хорошее настроение, улетучилось почти мгновенно, сменившись каким-то равнодушием. Возможно, чего-то подобного она на самом деле ждала вновь? Сейчас даже угрозы в голосе не прозвучало и к спрятанной под курткой палочке она не тянулась.
— Изменяю её воспоминания, — ответил Кайнетт, отвлекаясь на пару секунд. Затем, через минуту молчания продолжил: — Тейлор видела слишком много. Эти несколько дней она запомнит, но без конкретных деталей — что именно мы готовим, а также когда, с кем и сколько человек во всё это уже втянуто.
— Ты мог ещё до отъезда предупредить меня, что произносить при ней, а что — нет, — произнесла Грейнджер, но даже без особой злости. Возможно сказывался недостаток сна и большая нагрузка, но она не реагировала так яростно, как в подобной ситуации должна была.
— Этого было бы недостаточно. Если тот «лорд» хоть что-то понимает в магии духов, того, что он мог бы увидеть в её воспоминаниях, вполне хватит, чтобы насторожиться и нанести удар первым, не дожидаясь наших действий. Так что ясно она из всех наших уроков запомнит лишь то, что касается её собственной роли и моих инструкций. Всё остальное — вспомнит через месяц по моей команде.
— Это жестоко, ты так не считаешь? — всё-таки спросила Грейнджер. — Сначала пригласить её сюда, а потом стереть часть памяти.
— Не стереть, это не «Обливейт», — заметил маг педантично. — Лишь прикрыть на время достоверными фальшивками или размыть в нужных местах. Это легко обратимо — чем меньше изменения, тем убедительнее они держатся, но и тем легче снимаются при необходимости. И нет, это не жестоко, это — вынужденная мера для её же пользы. Обучить её за оставшееся время я бы не успел, а теперь случайный ментальный контакт не покажет ничего, что подвергло бы риску весь план и её собственную жизнь. Как справедливо заметила Карин, мы не играем в тайное общество. Слишком многое стоит на кону. Жизнь твоего «друга» — в том числе.
— Карин тоже моя подруга.
