Тряхнув длинными спутанными волосами, привести которые в порядок тоже не нашлось пока времени, ведьма достала свою новую палочку и шагнула к двери, довольно улыбнувшись. У неё был способ лишний раз удостовериться, что всё вокруг — реально. В коридоре она обнаружила женщину лет сорока, привычно занимающуюся уборкой — горничную, работающую в этом доме. Магглу, само собой, и убиралась она руками, как и подобает этим примитивным дикарям. Один короткий взмах, давным-давно отработанное до идеала парализующее заклинание, не требующее слов, затем ещё несколько, поддержавших тело и беззвучно опустивших его на ковёр, чтобы не привлечь внимания. Знакомое ощущение собственной магии, собственной силы — оно было слишком реальным в каждой мелочи, чтобы оказаться галлюцинацией. Довольно улыбнувшись, ведьма перешагнула через неподвижное тело и направилась дальше. Палочку она убирать не стала.
Для неё всё это началось восемь дней назад, когда после очередного визита дементоров к камере подошел буквально трясущийся от страха охранник вместе с одной из заключенных. Судя по относительно здоровому виду и довольно новой арестантской робе, провела неизвестная ей девушка, кажется едва закончившая школу, в заключении не больше года, самое большее двух, но ей этого оказалось достаточно — во взгляде никаких признаков разума уже не осталось, она послушно выполняла команды, но не осознавала ничего вокруг. Охранник вдруг передал Беллатрикс через решетку письмо и отвернулся, словно не желая видеть, как она будет читать. Когда ведьма с трудом, помогая себе зубами, разодрала конверт и с трудом разобрала текст короткого послания, то впала в настоящий ступор.
Она сразу поняла, от кого это письмо. И помимо нескольких намёков, которые кроме них двоих никто не смог бы понять, там был однозначный приказ — делать всё, как говорит принесший это письмо человек. И она послушалась сразу же, даже хотя первой его командой было «раздеться». На самом деле он просто заставил её поменяться одеждой с сумасшедшей девушкой, после чего им пришлось выпить оборотное зелье, приняв облик друг друга. Что странно, обезумевшая ведьма из оказавшейся у неё фляги сделала глоток сама, словно по чьей-то команде. Дальше всё уже было очевидно, хотя Беллатрикс не могла поверить в то, что это происходит именно с ней: путь к выходу, пакет с незнакомой, дешевой и безвкусной одеждой, чужая волшебная палочка, а затем свежий воздух и путь к площадке за границами барьера… Эту девушку сегодня освобождали, видимо, её срок был невелик, а преступления не шли ни в какое сравнение с тем, что приписывали Беллатрикс Лестрейдж.
После четырнадцати лет в окружении дементоров, в таких количествах пьющих из узников не только эмоции и жизненные силы, но и всю успевающую скопиться магию тоже, сама аппарировать она бы не смогла, однако охранник перенёс её в незнакомое место. Кажется, какой-то лес или парк, судя по далёкому гулу — должно быть, окраина маггловского города. Беллатрикс едва держалась на ногах, и о чём говорили охранник и ожидающий их незнакомец она практически не слышала. Лишь поняла, что этого человека её сопровождающий боится намного больше, чем её, а это немало значило даже сейчас.
После того, как охранник торопливо аппарировал, незнакомец первым делом протянул ведьме волшебную палочку. Не её собственную — та, вероятно, до сих пор хранится под замком в Отделе правопорядка. Однако очень похожую внешне, да и сделанную, судя по тому, каким знакомым показалось прикосновение к ней, из того же орехового дерева. Вряд ли работа Олливандера — того можно пытать, но не заставить сделать две одинаковых палочки. А значит индивидуальный заказ от кого-то, кто хорошо её знал до заключения. После чего человек просто взял ведьму за руку и вместе с ней аппарировал сюда, в двухэтажный особняк на окраине Ханглтона. Беллатрикс понятия не имела, где это, а волшебник лишь коротко бросил «городишко на севере Англии», не став ничего уточнять. Несколько слуг-магглов, судя по бессмысленным взглядам прочно взятых под «Империо», он просто проигнорировал как пустое место.
Как позже выяснилось, они получили всего пару приказов, что уменьшало риск бунта и увеличивало срок действия заклинания. Простецам всего лишь были отданы две команды: воспринимать их как свою хозяйку и её сына (которых уже несколько дней, как не было в живых), а также не удивляться любым их странностям. Для всего остального и без магии было достаточно вбитого в них подчинения и привычки выполнять приказы беспрекословно, что сейчас играло на руку новым «гостям» особняка. Всю неделю слуги выполняли работу по дому, обеспечивали Беллатрикс всем, что она попросит, включая новую одежду взамен выданного при освобождении чужого тряпья.
