После очередного поворота коридор закончился массивными двустворчатыми дверями, за которыми открылся большой круглый зал-амфитеатр. Прибывшие авроры заняли места на первом ярусе сидений, школьникам отводились одиннадцать простых кресел в самом центре. На ходу маг успел оглядеться по сторонам. Сектор примерно на полсотни кресел напротив них занимали члены Визенгамота в одинаковых сиреневых мантиях. Во главе находился председатель Альбус Дамблдор, справа и слева от него сидели две женщины, которых Арчибальд знал только по газетным статьям и фотографиям: старший заместитель министра и глава отдела правопорядка. Помимо них присутствовали чуть больше четырёх десятков человек, хотя Кайнетт пока не настолько хорошо был знаком с правительством магической Британии, чтобы узнать большую часть присутствующих, или хотя бы разделить, так сказать, «представителей общин» и «пэров». Он мог лишь предполагать, кто есть кто, имея представление об общей структуре собрания. По одному человеку от каждого из королевств и отдельно представитель лондонской общины, заместитель директора и представитель Попечительского совета от Хогвартса, один человек от госпиталя имени Мунго, один волшебник представлял интересы гоблинов Гринготтса, ещё сразу несколько представителей разных отделов Министерства, не считая Боунс и Амбридж. Все двадцать «назначаемых» кресел были заняты, а вот из тридцати «наследуемых» пустовали больше полудюжины — кто-то в тюрьме или в бегах, как Лестрейджи и Трэверсы, у кого-то сейчас просто нет представителей нужного возраста.
Пока не началось заседание, маг успел даже бегло осмотреть остальной зал. Ещё больше охранников на верхних рядах, Скитер и несколько менее известных журналистов, с дюжину человек на разных ярусах, которых нельзя было сходу отнести к какой-то определенной группе. Он не был уверен, находится ли среди них Лавгуд-старший как представитель своего издания или как отец Луны. Возможно и остальные — это тоже родственники свидетелей? Тогда весьма характерно, что он не видел там Грейнджеров, да и мисс Стоун о присутствии на заседании волшебного суда тоже никто не уведомлял, это ему было точно известно. Хотя стоит ли так уж этому удивляться? Статуя в атриуме была более чем красноречива — «магглов» там не оказалось даже среди преклоненных существ, восхищенно взирающих на волшебников и ведьм снизу-вверх. Видимо, и в самом Министерстве их тоже видеть не желали, сколь бы весомым ни был повод. В целом он, конечно, был согласен с данной политикой, интересы магов и обычных людей слишком отличаются, но отказывать им в присутствии даже когда это необходимо самим магам и когда речь шла об уже посвященных в тайну — нерационально. Впрочем, это из той же череды нелепостей, что и волшебники-уборщики или волшебники-лифтеры — для Министерства подобное разделение являлось вопросом принципа, даже когда оно доходило до абсурда.
— Сегодня четвёртое ноября девяносто пятого года, мы продолжаем заседание по делу «Магическая Британия против Беллатрикс Лестрейдж», — звучно произнёс Дамблдор, однако в подобном зале он обходился без усиливающей голос магии. Сказано было не в точности по протоколу, но должно быть он рассчитывал на усердие записывающих за ним секретарей заседания, которые подберут нужные формулировки. — Визенгамот ознакомился с записями показаний магглов, а также выслушал свидетельства авроров и остальных волшебников старше семнадцати лет. Сейчас мы заслушаем показания несовершеннолетних волшебников и ведьм, которые лично применяли магию во время рассматриваемого здесь инцидента. Считаю нужным напомнить всем присутствующим, — повысив тон, добавил он, — что в данном заседании не выдвигаются какие-либо обвинения, поскольку согласно статье седьмой «Указа об ограничении волшебства несовершеннолетних» от тысяча восемьсот восемьдесят пятого года, все свидетели использовали магию в присутствии непосвященных и за пределами допустимых территорий исключительно с целью защиты себя, других волшебников или магглов от крайне опасной угрозы. Мы всего лишь выясняем картину произошедшего, а не собираемся судить их за несуществующие проступки. Также напоминаю, что всем судьям были розданы протоколы из Отдела по борьбе с неправомерным колдовством, содержащие перечень заклинаний, примененных свидетелями во время рассматриваемого происшествия, — а вот это уже точно предназначалось в первую очередь для студентов. Ещё раз оглядев ряд кресел, Дамблдор остановил взгляд на сидящей с краю пятикурснице и произнёс: — Приступим. Сюзан Маргарет Боунс, расскажите о том, что вы делали около десяти часов утра первого сентября у вокзала Кингс-Кросс в Лондоне…
