Не требовалось быть гением, чтобы понять подоплеку сказанного. Представители их группы, также проявившие самое активное участие в том бою, воспользовались залом суда в качестве трибуны, чтобы донести свои взгляды, одновременно мешая это сделать оппонентам. Директор, Блэк и, возможно, ещё МакГонагалл не могли не заметить, что ученики скорее отыгрывают роли, чем просто отвечают на вопросы. И пока все их ответы могут лишь радовать — они не пошли на поводу у Министерства с его беззубой политикой непротивления, они отвергли идеи старых семей — и радикальные, и более умеренные, хотя последние и прозвучали довольно неожиданно. Значит теперь всё, что требуется, не дать детям испортить финал, вместо этого подарив возможность направить свою мысль в верное русло, так сказать, дать нужную тему для ответа. Кайнетту даже показалось, что на пару секунд мальчишка и в самом деле задумался, не стоит ли ему просто сказать то, чего от него ждёт директор — сдержанно похвалить авроров, положительно оценить действия однокашников. Однако вместо этого Поттер всё-таки вернулся к уже намеченному плану:
— Нет, ваша честь, — начал он, явно подражая какому-то фильму. — Мы оказались не готовы. Все мы, все волшебники. Ученики. Учителя. Авроры. Министерство. Школа… И не только в этот раз, но и прежде тоже. Все слишком расслабились за десяток лет, ведут себя так, словно это какая-то игра. Когда-то мистер Крауч, возглавляя отдел правопорядка, употребил прекрасную фразу: Fiat justitia ruat aemulus. Пусть падут небеса, но свершится правосудие, ведь так? — горячо произнёс он. Маг заметил, как в этот момент поморщился от услышанного Бартемиус. Да он и сам вряд ли удержал безразличное выражение на лице. Конечно, данная «партия» писалась под Грейнджер, они предполагали, что именно с её помощью директор решит продемонстрировать на заседании свою позицию, через магглорождённую отличницу. Но раз уж пришлось выступать ему, всё-таки столь грубых ошибок Поттер мог бы и не делать, это сбивает весь настрой. Тем временем мальчишка указал на одно из пустующих кресел в рядах судей и продолжил: — Убийц мистера Трэверса так никогда и не нашли. Никто не знает, каким образом профессор Локхарт стал одержимым маньяком, и кто в этом виноват. Каким образом Питтер Петтигрю и его сообщники провернули налёт на Хогсмид, где они взяли деньги, оружие и людей? Кто устроил нападение во время турнира трёх школ, когда погиб мистер Аллертон, а я оказался проклят? Теперь уже много месяцев никто не может отыскать Беллатрикс Лестрейдж. А что же будет дальше?
— Вы хотите сказать, что авроры не справляются со своими обязанностями, мистер Поттер? — медленно произнесла Амелия Боунс.
— Они — герои, и я горжусь тем, что знаком с некоторыми из них, — быстро, и кажется вполне искренне ответил Поттер. — Возможно, я и сам после школы хотел бы попытаться стать аврором. Они делают всё, что могут, но их слишком мало. Первого сентября вокруг вокзала были, наверное, две трети всего состава, и даже так, они едва успели лишь к концу сражения. А если бы маньяков оказалось несколько, и они ударили с разных сторон? Сейчас процентов двадцать посменно заняты охраной школы. Я думаю, что авроров и обычных охраняющих закон волшебников должно быть значительно больше, хотя бы в такие неспокойные времена. А ещё меня очень поражает, как один сумасшедший может заставить бояться целую страну. У магглов подобное было бы невозможно. При том, что каждый волшебник с палочкой может и, я считаю, должен сражаться, а не дожидаться чьей-то помощи. Все словно ждут, что как и в прошлый раз, война закончится сама собой, каким-то чудом, злодей убьёт себя сам. Вот только в прошлый раз ради этого «чуда» умерли мои родители, а я едва остался жив, до сих пор не знаю, как именно. А если в этот раз чудо не повторится?
— Значит, вы считаете это войной, мистер Поттер? — спросил Крауч.
— Люди умирают, школа и Министерство на осадном положении, чтобы просто привести нас сюда, потребовался целый отряд авроров — как будто нападение могло произойти в любую секунду, — он обвел рукой многочисленных охранников в зале. — По-моему, это очень даже похоже на военное время. И ведь опасность угрожает не только мне, даже не только магглорождённым или полукровкам — в Хогсмиде солдаты стреляли в волшебников, не глядя на цвет галстука, возраст или документы о количестве чистокровных предков. А все делают вид, словно их это не касается…
— Ваше мнение будет учтено, мистер Поттер, — произнёс Дамблдор, поднимаясь с места. — Если у судей больше нет вопросов, то на этом мы заканчиваем работу с данной группой свидетелей. В заседании объявляется короткий перерыв. Мистер Шеклбот, будьте так любезны сопроводить ваших подопечных к выходу. Если кто-то из свидетелей потребуется Визенгамоту для дополнительных показаний в ходе данного дела, об этом будет объявлено позже.
***
— Что ж, немного не по плану, но думаю, получилось довольно неплохо, — произнесла Грейнджер, неторопливо шагая по пустому коридору к отведенной их клубу комнате.
