Нас зажали в тиски сразу три императорских четырехмачтовых корабля. Они прижали нас к рифам, около Солости и мы вынуждены были принять свой последний бой. Мы дрались, словно выходцы с того света, защищая свои жизни. Кровь лилась рекой. Но их было слишком много. Живыми им удалось захватить только меня, раненного старпома, Оленсис, лоцмана, так же потерявшего много крови и троих матросов.
Когда мы отходили от Солости, и прежде чем нас упрятали в трюм, нам продемонстрировали всю серьезность нашего положения. Бриг подожгли вместе с трупами и еще живыми, но уже не могущими двигаться членами экипажа. Их крики до сих пор звенят у меня в ушах.
Я бросил всю горсть камней в стену и саданул кулаком по тюфяку в приступе молчаливой ярости. Камешки разлетелись в разные стороны и снова наступила гнетущая тишина. Я вскочил и начал ходить из угла в угол. Вся моя камера была длиной в пять шагов и шириной в два, так что я особо не беспокоился, что в темноте поскользнусь или налечу на что-то. Падать тут было некуда и не на что.
Сначала я рвал и метал. Я грозил побоями всем, кто посмеет ко мне приблизиться - так плохо мне было. Они и не приближались. Меня не кормили достаточно долго - с неделю или больше, и я так ослаб, что основную часть времени находился в полузабытье, лишь изредка выплывая из него, дабы прокричать новую порцию проклятий.
Сейчас я получал свой паек дважды в день, но его все равно хватало лишь на поддержание остатков сил. Ни о каком побеге и речи не могло идти. Я доживал свои последние часы в сырой, темной камере, всеми забытый и никому не нужный.
Устав от бесцельного хождения, я упал обратно на тюфяк и начал неторопливо подбирать камешки, с какой-то странной и грозной сосредоточенностью.
Глава 2
-Что там еще? - главнокомандующий Эришус недовольно оторвался от своих бумаг. - Кто смеет тревожить меня?
-Гонец с границы, господин! - молодой человек раболепно склонился перед мужчиной и отворил дверь. - Срочное сообщение.
Гонец забежал в кабинет и почтительно поклонился пожилому военному.
-Что там у тебя?
-Письмо, Ваша Светлость, - юноша достал конверт и передал его в руки Эришуса. Генерал разорвал печать пограничной гвардии и подошел к окну, чтобы солнечный свет осветил неровные мелкие буквы. Через пару минут он раздраженно ударил кулаком по столу.
-Да как они посмели, без приказа!?
Гонец сжался и начал потихоньку отползать в сторону спасительного коридора.
-Чем вообще этот Брис думает? Да я... я... нет, Император!
Гонец выскочил в коридор и вжался в стену. Главнокомандующий выбежал вслед за ним и направился вглубь дома, бросив на ходу:
-Шус! Карету мне, живо!
Гонец утер лоб и ретировался. Хорошо, что новости были такими плохими, что Эришус не стал срывать злобу на нем лично. Кого карать, а кого помиловать - решать теперь Императору.
День 2
-Лирра, давай еще рыбы захватим?
Я скривилась. Не понимаю, за что можно ее любить?
-Да некуда уже, и так корзина полная.
-Ничего, - муж ухмыльнулся. - Для нее место найдется.
Он уверенно свернул в левый ряд, и я покорно поплелась следом. Рыбный дух витал над рынком, и я давно уже его чувствовала, но теперь, по мере приближения к ряду, он усилился в несколько раз. Я старалась не дышать.
-Как тебе эта? По-моему ничего, - муж потряс у меня перед носом хладной тушкой с выпученными глазами. Меня затошнило.
-Отвечать обязательно?
Он посмотрел на мое зеленое лицо и отвернулся к продавщице:
-Давайте эту и вон ту, поменьше.
Я отвернула от них голову и посмотрела сквозь ряды на площадь. Там, возле деревянного помоста, намечалось какое-то оживленное действие.
-Пойдем. Так и быть, я сам ее приготовлю.
-Погоди, - я указала ему на помост. - Там что-то...
В этот момент забили в колокол.
Народ дружно вскинул головы в сторону площади и начал подтягиваться ближе.
-Пошли, послушаем, - я взяла его за рукав. Он не стал сопротивляться и поудобнее перехватив тяжелую корзину с продуктами, пошел за мной.
Протолкавшись ближе к помосту, я замерла, наблюдая за худощавым пареньком, комкающим свиток с королевской печатью в дрожащих руках. Он подождал еще с пять минут и вышел вперед, вскидывая вверх руку с приказом.
-Срочное донесение, Его Величества Махамера VI, властителя суверенного государства Нувасии! - он выдержал паузу, разворачивая бумагу.
Слева от меня послышалось тихое, явно сумолтирское:
-И стоило народ честной созывать, ради писанины старого самодура... - речь прервалась грозным шипением, словно злослову отдавили ногу. Конечно же, случайно.
-Граждане свободной Нувасии! Ваш король и властитель, Махамер VI, с прискорбием вынужден сообщить, что Император Сумолтира Ясилиус II, объявил нашему государству войну. В связи с этим...
Парню не дали закончить. Людское море внезапно взорвалось криками, руганью и проклятиями. Кто-то просто потрясал кулаками, кто-то уже пробовал почесать их о соседей. Сбоку от нас завязалась нешуточная потасовка, причем исключительно женская.
Вновь забили в колокол, призывая людей к порядку, но утихомирить дерущихся удалось только с помощью стражи.
Гонец прочистил горло и продолжил:
