Ферт вошел в пустую квартиру, разделся и завалился в постель. Проспав несколько часов, спустился в расположенную неподалеку лавку за продуктами. Появилась идея проведать одну знакомую графиню, но полуэльф счел, что это лишнее, взял еще бутылку вина и до вечера развлекался тем, что кидал в стену зачищенный от потемневшего серебра нож.
Най с трудом дождался возвращения домой отца, чтобы заранее не портить впечатление от своего рассказа, и только когда вся семья собралась за накрытым к ужину столом, в красках поведал о своем путешествии. Мать хваталась за сердце, отец одобрительно кивал и только брат не высказывал особых эмоций. Заинтересовали Сэла лишь два момента: упоминание о темной волне, при котором он обеспокоенно нахмурился, и рассказ о встрече с неким тэром Ромаром.
— Вы знакомы, что ли? — удивился Найар.
На что братишка ответил загадочной полуулыбкой:
— Пока нет.
Сам Сэллер ничего не рассказывал и после ужина заперся у себя в комнате, чем окончательно расстроил брата, полагавшего, что тот потребует повторения истории с подробностями. Мама вздохнула, а отец покачал головой и сообщил, что в последнее время Сэл стал «совсем другим». Оказалось, что он тоже уезжал куда-то на целую длань, а по возвращении, ничего толком не объяснив, ушел с головой в учебу. Что, впрочем, не помешало ему закрутить стремительный роман с Лаисой Риан, старшей ученицей их отделения — на этом месте мать снова вздохнула и печально изрекла, что «этот несносный мальчишка разбил девочке сердце», и лучше бы ей не знать такого о своем сыне. Но как не знать, когда мать Лаисы состоит вместе с ней в попечительском совете приютов и здравниц и из-за этой истории они теперь не даже не разговаривают?
В результате вышло, что героем семейного вечера оказался совсем не Най, а Сэл, и вернувшийся с практики парня это огорчило.
Но ничего, завтра-послезавтра соберутся с девчонками — те оценят. Рисе Дан, конечно же, все расскажет, но остальные просто обалдеют! Галке обязательно понравится.
— И еще, Най, — остановил его отец. — В ваше отсутствие произошло кое-что. Думаю, тебе нужно знать. Вы ведь еще будете общаться с Галлой…
Рассказ о Гирате окончательно выбил юношу из колеи. Выходило, что все их дорожные приключения — ерунда, никому не нужное ребячество. Поднимаясь к себе в спальню, он остановился на миг у дверей в комнату брата, но, подумав, стучать не стал. Зато уже у себя отметил, что раньше и стучать не пришло бы в голову — просто так зашел бы. А теперь…
— Так говоришь, много гулей было, и огромные? — послышалось из-за распахнутого в дождь окна.
На уровне второго этажа в странной полупрозрачной повозке, сделанной каким-то непостижимым образом из воды, завис Сэл.
— Много, — сглотнул Най. — А это… как?
— Вода, двойной сдерживающий контур и левитационное заклинание на накопителе. Прокатить? Прыгай, не бойся — этот кар еще троих выдержит.
— Кар? Похоже на «кер».
— Ну да, — улыбнулся все так же загадочно брат. — Только вместо лап колеса. Давай, запрыгивай! Устроим заезд на кубок Марони. Заодно и расскажешь мне о своих приключениях.
Я вернулась домой ранним утро. Торопилась так, что даже на ночлег не стала нигде останавливаться, измучила Яшку, но приехала с рассветом. Впору было распахнуть дверь и проорать с порога земное-полузабытое: «Я пришел к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало!», но я тихонько завела кера в сарайчик, с радостью заметила, что ящерка Лайса на месте, а значит, он не в лагере, и осторожно пробралась в дом.
Ласси спал, но я слишком соскучилась, чтобы позволить малышу досмотреть сны. Присела на пол рядом с диванчиком и легонько подула ему в лицо. Мальчишка смешно наморщил носик и еще сильнее зажмурился.
— Тогда шоколад я съем сама, — шепнула я ему на ушко.
— Ну и ешь, — пробормотал он сонно, — мне папа еще купит.
Но глаза он открыл и еще минуту непонимающе смотрел на мою расплывшуюся в улыбке физиономию.
— Теть Галла! Ты приехала! — наконец дошло до него.
— Тише, маму разбудишь, — шикнула я. — Приехала. И подарков вам всем привезла. А отец где?
Угол, в котором обычно спал Эн-Ферро, пустовал. Может, без кера в лагерь отправился, а может, в моей комнате дрыхнет. Во втором случае есть повод устроить маленький семейный скандал. Соскучилась же!
— Спит, наверное, — Ласси скосил глаза в сторону Маризыной спальни.
Кажется, я много чего пропустила.
— И… давно?
— С вечера. Мы поздно вернулись, в город ходили гулять, на ярмарке были в балагане.
— Ясно. Значит, хорошо у вас все?
— Да, — просиял племянничек. — Папа со службы ушел, теперь дома все время. И они… ну, настоящие стали. Как тетя Лира и дядя Сай. Даже еще лучше.
Угу. Только вот надолго ли? Зная Лайса… Да и Мариза хороша! Любовь у нее невероятная, а как же! Любовь-то, поди, далеко, а тут — мужчина симпатичный, не занятый…
— Теть Гал, ты чего? — опешил Ласси, когда я вдруг со всей дури стукнула себя кулаком по лбу.
— Ничего, котенок. Мозги на место вставила, теперь работают.
