— Тот Гират, которого мы знали, — продолжил подпирающий лутку мужчина, — тихий, застенчивый, участливый. Нелегко признать, что все мы ошибались в нем.
— Но вы ошибались.
— Да. Только вам от этого легче не будет, Галла. Ошибки нелегко признавать, и никто не любит, когда ему об этих ошибках напоминают. А вы для многих станете таким напоминанием.
— Зачем вы говорите мне это? Хотите, чтобы я отозвала прошение и ушла?
— Нет, — пожал он плечами. — Просто предупреждаю.
— Спасибо. И… лично я умею признавать свои ошибки. Простите меня за тот случай, я…
— Не стоит, — маг покачал головой. — Теперь, когда я знаю причины… Забудем. Вообще-то я пришел, чтобы согласовать расписание на первую долю, до весенних выгулок. Тэр Марко должен был сказать вам, что нужно обсудить последовательность занятий с другими наставниками.
— Да, он говорил, но мне вообще-то все равно.
— Мне тоже. Потому-то и остались мы с вами, остальные уже выбрали удобное для них время, а нам — только поделить между собой оставшиеся часы.
— Отметьте свои, а я возьму те, что останутся, — мне, действительно, было все равно.
— Хорошо. Я принесу вам график, когда он будет готов.
Он уже собирался идти, но я остановила его, окликнув:
— Тэр Эвил! Простите, но… я не виделась с Алатти, с тех пор, как вернулась. Как она?
— Она? Сейчас у нее занятия с Гейнрой, здесь, в Школе. Потом должна подойти ко мне — продолжаем отрабатывать некоторые специальные формулы, общая боевая все же немного не то для абсолютного огневика. А после мы обычно пьем чай в моем кабинете. Присоединяйтесь.
— Я…
— Очень вкусный чай. И Али будет вам рада.
Постепенно все налаживалось. Все, что еще можно было наладить. Конечно, ничего не забудется, но я была благодарна своим друзьям и семье за то, что они сумели понять и простить. Порой мне кажется, что жизнь несправедливо добра ко мне, окружая такими замечательными людьми и нелюдями, ведь, если подумать, я далеко не подарок, и не заслуживаю ни их любви, ни их дружбы. Но Судьба установила зыбкое равновесие, отобрав у меня того, кто был мне дороже всех. А потом, наверное, спохватившись, что отняла слишком много, подарила маленькое чудо, чьи движения я чувствую уже вторую длань, и чей теплый свет согревает меня в минуты отчаянья, которое все еще иногда накатывает удушливыми волнами.
Сегодня вот снова… Но сегодня был повод: ровно четыре месяца — слишком мало, чтобы притупить боль; слишком много, чтобы продолжать самозабвенно рыдать. К тому же я обещала больше не плакать, солнце мое…
— Я не знаю такую траву, тэсс, — промычала нанятая мною кухарка.
— Это розмарин, приправьте им рыбу.
Я купила его в аптеке, местные кулинары, в отличие от целителей, еще не распознали всех свойств этого растения.
— Но я никогда…
— Оставьте. Просто нарежьте и выберите кости, а я закончу со специями.
В новом доме я жила одна. Комната для прислуги пустовала, только дважды за длань приходили убираться две пожилые немногословные женщины — на Таре еще не научились строить благоустроенных малосемеек, и раз уж я хотела жилье с удобствами, пришлось брать разбросанные по двум этажам семь комнат, навести порядок в которых самой мне было бы сложно. И сегодня вот пришлось нанять помощницу по кухне — готовился праздничный ужин для девятерых человек. Да, именно сегодня, когда мне не хотелось оставаться одной.
— В прошлый раз мы были на пляже, — Сэл, как и ожидалось, пришел первым.
— Сейчас там холодно и мокро.
Всю длань шли дожди, какой уж тут пляж.
— Я не о том, Гал. Я тоже помню, посчитал.
— Это просто совпадение. Я всего лишь отмечаю новоселье. Так принято там, где я жила.
— Земля, да? Нужно будет наведаться. Сводишь, когда тебе будет можно?
Сэллер был в курсе, да. Не знаю, зачем, но Гвейн рассказал ему обо мне все, что знал сам. Хотя, нет — подозреваю, что старик знает обо мне намного больше. Может быть, даже больше, чем я сама.
— Свожу, если захочешь.
— А в этот выходной?
— Как договаривались.
Я пообещала, что открою для него Врата в Паленке, чтобы он не тратил время на дорогу в Саел. Первое время Идущим не сидится на месте, после будет полегче, так Лайс сказал.
— Простите, тэсс, но этот соус…
О, боги!
— Неужели трудно взбить подсолнечное масло с желтками и добавить уксус? Я понимаю, что вы такого не готовили, так пользуйтесь моментом, перенимайте новый опыт. Вам потом цены не будет.
— Я хотела сказать, что он готов, — робко проговорила женщина. — Но мне кажется, чего-то не хватает.
— Горчицы. Только не сухой. Возьмите запаренную, добавьте по вкусу. И немного сахара. Или погодите, я сама…
В прихожей задребезжал дверной колокольчик. Еще один гость решил пожаловать раньше назначенного срока?
— Сэл, ты не откроешь, пока я разберусь с ужином?
— Конечно.
В доме Верховного Судьи для этих целей имеются слуги, но друг уже понял, что «эксплуатация человека человеком» не для меня — издержки воспитания. Может быть, потом.
— Теперь заливаем этим соусом рыбу, посыпаем тертым сыром и — в духовку, — учила я повариху «саатарской» кухне. — Мешать не нужно, достанете, когда появится коричневатая короч…
