— Сапожник — всегда без сапог. Не это ли ты говорил всегда, Саша? — Натан отошел от стеклянного шкафа с самыми выдающимися изобретениями студентов и опустился на подлокотник кресла Гейра. Отдохнувший, расслабленный — он снова приобрел былую плавность и четкость движений и тонкую, еле различимую улыбку. Дейм, все это время наблюдавший за ним, только удовлетворенно вздохнул. Следствие и суд весьма потрепали им всем нервы. Вопреки обещаниям, и Натана, и Гейра посадили вовсе не под мягкий и домашний арест, а в технологический изолятор, выводя многочасовыми допросами. Прежде, чем предъявить серьезные обвинения одному из своих членов, Совет хотел удостовериться, что тот действительно виновен. Сам суд был коротким, но на удивление милосердным. Ллойд, который, находясь под воздействием корректоров, сам привел следователей к Егорову, на суде молил о том, чтобы их не разлучали. И его желание удовлетворили. Его лишили дара, исключили из сообщества, но позволили жить вместе с его обожаемым доктором, ограничив возможность передвижения маленьким городком у подножия Альп. Натана оправдали, Гейру «погрозили пальчиком», но вернули должность. Все закончилось даже лучше, чем они предполагали. Натан с Гейром успели даже отдохнуть.
Гейр взял Натана за руку и переплел их пальцы. Естественный жест. Очень мягкий. И вряд ли Линдстрем отдавал себе отчет в том, что делает. Просто Натан был рядом. Просто оракулу было хорошо.
— Детки-конфетки на подходе… — почти пропел Лемешев. — Но подожди, кто это у нас запал на Генри? Блин, это не ревность, Дейм. Просто это ж Гилрой. Гребанный лорд. А у нас тут дети. Трепетные чувства. Разбитые сердца.
— Для разбитых сердец он пробыл здесь не так долго, — Дейм нахмурился. — Меня волнуют другие. Гейр, ты собираешься работать с Ромой? Потому что если нет, я буду настаивать на его переводе.
— Буду, — кивнул Линдстрем. — Но боюсь, что без корректора мне не обойтись. Все-таки его дар из той категории, когда любой чих может перепутать вероятности. Слишком много сил. Слишком изломан их обладатель.
— Возьми Фрея. Марек очень хвалит парня. К тому же он работал с ним почти весь семестр. Да и сам Фрей долгое время был якорем для Силиверстова. Ты… — Дейм поколебался, но все-таки спросил: — Не смотрел его линию? Его и Бехеровича. У них самая странная связка, что я видел в жизни.
— Смотрел, — поджал губы Агейр.
— Меня эта парочка пугает до икоты. Потому что такого количества психо-эмоциональных задвигов я не видел даже у ребят из группы Михновского, — проронил Лемешев. — И я не знаю, как они будут разбираться со всем, что между ними происходит. Развязать их физически невозможно. Это естественная и очень глубокая связка. Но оставлять все как есть — чрезвычайно опасно. Бехерович эмоционально нестабилен. Силиверстов — не знаю.
— Очень много узлов, — продолжил Линдстрем. И еще — есть один узел, очень серьезный, и… вероятности, что ведут к нему, наиболее реальны. Самое смешное, что узел этот с двумя единственными вероятностями развития событий. И обе вероятности в тумане. Нас снова ждет какое-то событие-потрясение. И это событие снова будет касаться всего Сообщества.
— Надеюсь, хотя бы не в этом году, — вздохнул Деймос. — Рома был с группой Михновского в Амстердаме. Подозреваю, что совместным распитием чая там не обошлось.
— Если я все правильно понимаю, парень просто пытается… как это… выбить один клин другим, — задумчиво произнес Натан, поглаживая костяшки пальцев Линдстрема.
— Анжей был его первым. Они эмоционально очень связаны. Я уж молчу о том, что Сказочник наш — оракул, что меня пугает еще больше, — Дейм повернулся к ним обоим. — Гейр, посмотрите на них оба. Может, увидите что-то. Рома и Сима запечатлены, но на физическом уровне идет разлад. И черт его знает, как на это может отреагировать связь.
— Мне бы не хотелось укладывать их в одну постель… — Гейр фыркнул, понимая, что эти двое и так в одной постели спят. — Мне не хотелось бы подталкивать их к сексу искусственно. Тем более, что подталкивать придется только Бехеровича. Это будет насилием. Но старший квартет также заинтересован в стабилизации и упрочении их отношений. В особенности Айвен.
— Слушай, — Александр, подозрительно прищурившись, уставился на Деймоса. — А ты откуда знаешь, где и с кем был Силиверстов?
Дейм усмехнулся:
— За группой Михновского наблюдает Совет. И, как понимаешь, пропустить появление еще одного студента-технолога они не могли. Как думаешь, кому сливает информацию Гилрой? Я только понять не могу, — он повернулся к Гейру, — зачем старшим «упрочнение отношений»?
— Ревность, нежный мой, — негромко рассмеялся Лемешев. — Видишь ли, Анжей и Айвен не просто запечатленная, не просто м-м-м… время от времени сексуальная пара. Они в полном смысле слова любовники. От слова любовь. Так что Роман для Айвена немножко лишняя история, так что наш очаровательный медвежонок спит и видит, чтобы у Романа и Симеона все наладилось и упрочилось.
