— Наглая ложь, — Матей с нежностью коснулся губ Санады и выпустил свою добычу. — Мы завсегда «за», только в подходящем месте и подходящее время.
— Все дело в том, — заговорщицки начал Айвен, — что у нашего Мастера хреново с контролем. И его щит, который он ставит, если мы занимаемся сексом в комнатах, разлетается к чертям, как только ему по-настоящему становится хорошо.
— Предатель, — беззлобно бросил Матей и демонстративно завалился на кровать Айвена с ногами.
— Вот как? — вскинул бровь Санада, плавно и грациозно опускаясь на него сверху. — Придется, как видно, придумать какой-нибудь более устойчивый щит, потому что вряд ли нам захочется вернуться к холодному и бесстрастному воздержанию.
— Кто-то тут соскучился, — не вопрос, констатация факта. Матей тут же приподнялся ему навстречу, поглаживая бедра и впиваясь в губы почти грубым поцелуем. — Ради тебя я, пожалуй, даже подумаю над усовершенствованием техники.
— Поработай, — выдохнул японец, устраиваясь поудобнее на его груди. — А пока может все-таки кто-нибудь мне новости расскажет?
— Моя школа, — расхохотался Анжей, ткнув в бок Айвена. — Ну просто мой мальчик!
— Да щаз, — Айвен немного подумал, и устроился на соседней сдвинутой вплотную кровати. — Ты бы сначала потрахался, а потом бы новости спрашивал.
Анжей вытянулся рядом с ним, и с нежностью погладил его лицо кончиками пальцев.
— Ты же знаешь, что если мы сейчас займемся сексом — об этом узнает весь блок общежития, да и вообще весь филиал.
— А если позже, то не узнают? — Айвен усмехнулся, подгреб его под себя и уткнулся носом в макушку.
Матей, не сводивший с Санады глаз и легко поглаживающий бедра, улыбнулся:
— У нас первоклашки, Сан. И один точно по твоей части.
— И учителя. Грек больше не будет читать у вас Хронологию. И метатренинг преподает теперь другой. Анж глаз на него уже успел положить.
— Жаль, — протянул японец, втираясь в него всем телом, и так и не отведя взгляда от глаз. — Я хотел грека. Красивый. Так что за первоклашки? Милый маленький хроник? — кончик пальца проследил тонкий красивый нос, очертил полные губы Казановы. — Хорошенький?
— Грек бы вряд ли тебе достался, — Матей поймал его палец, втянул в рот и отпустил, пощекотав подушечку языком. — Как картинка. Милый, напуганный. Говорят, ему сильно досталось. Твой земляк, только полукровка.
— Мне тоже досталось… а потом досталось тем, кто меня обидел… и доставалось и доставалось долгое время, — мстительный огонек вспыхнул в глазах Санады. — Я встречусь с ним за завтраком. Земляки должны друг другу помогать. Мне кажется так завещал великий магистр Йода? — Санада негромко всхлипнул и зажмурился от удовольствия.
— Осторожней с ним. Он может быть потенциальной угрозой для нас, — Матей за ворот притянул его поближе, заставив наклониться, и губами провел по лицу. — А ты голоден, мой любимый. Мне нравится твой стон. Определенно.
— Тогда сделай мне хорошо, Матей-сан, — шепнул в его губы Санада. — Континентальный перелет — отвратительное времяпровождение. Я устал, и просто безумно хочу размяться.
Матей напрягся и сел, удерживая его на бедрах.
— Отнести тебя в душ для начала?
— Кажется, Сан и правда соскучился. Как думаешь, он так соскучился только по Тею или нам тоже достанется кусочек? — шепнул на ухо Анжа наблюдавший за ними Айвен. — Они красиво смотрятся.
— Очень. Я даже готов оставить их наедине. Тем более что комната свободна. Составишь компанию? — Анжей обнял его и накрыл рот поцелуем.
— Разумеется, — ответил тот, лаская его скулы.
Матей кинул на них одобрительный взгляд и встал, удерживая японца на руках. Целуя и целуя, отнес в ванную и помог раздеться. И после небольшого душа, чтобы смыть пыль, быстрой, но нежной ласки, вбивал покорного, стонущего Санаду в кафельную стену душа, удерживая поперек груди и шепча на ухо сладкую чепуху, которой была полна его голова с самого начала метатренинга.
Кажется кто-то входил, кажется даже охнул и пулей вылетел вон. Слишком откровенно и слишком красиво это выглядело. Неприкрытое, незамутненное, чистое желание, которое утоляли двое.
И которые, сами не понимая как, вернулись в комнату, на гостеприимную кровать, скрипеть которая перестала не раньше чем через сорок минут. Но воцарившаяся тишина после была томной и счастливой.
— Я рад, что ты здесь, — Матей обнял Санаду со спины, покрывая ленивыми поцелуями плечи. — Без тебя я только половина. Чертов метатренинг сводит с ума.
— Я ездил, чтобы присутствовать при исполнении приговора. Тот кто обидел меня больше не встречает рассветов, — негромко обронил тот. — Я с тобой. Так что прекращай сходить с ума, мой Матей. Мне тебя так не хватало. Ты даже не представляешь.
— Представляю, — тот зарылся лицом в его влажные волосы, вдыхая аромат черных прядей. — Еще как представляю. Мне, — он на мгновение стиснул его в объятиях, — ты мне нужен. Новый учитель… русский устроил нам тест на первом уроке. И мы его провалили. Потому что не смогли стать группой. Без тебя, мой любимый, мы не полны.
Санада повозился в его руках, повернулся и замер, лежа лицом к лицу.
