В комнате два коричневых кожаных дивана и множество сосновой лакированной мебели. На стенах в рамках – эстампы в стиле модерн. Одежда сушится на двери черного хода и на спинках стульев. Тут и там несколько кружек. Повсюду стопки исписанных листков, похожих на студенческие работы. Не так уж плохо при сложившихся обстоятельствах.
– Так значит, вы сыновья…
– Я сын младшего брата Ноэль. Их четверо. Четыре брата Ноэль. И было еще две сестры. Одна умерла еще крошечной, другой была Ноэль. И один Бог знает, что с нею произошло. – Он берет учебники с дивана и стряхивает крошки на пол тыльной стороной руки, жестом приглашая Лорел сесть. – Принести вам что-нибудь? Чай? Кока-колу?
Лорел садится.
– Нет, нет, не надо. Спасибо.
– Вы уверены? Для меня это совсем не сложно.
– Да нет, правда, ничего не надо.
Он освобождает место для себя на соседнем диване и садится, широко раздвинув колени и покачивая одной ногой.
– Вы унаследовали дом Ноэль? – спрашивает Лорел.
– Ну, нет. Я бы не сказал, что
– Давно вы здесь?
– С октября. Я только начал учиться в
– На случай, если она вдруг вернется?
– Да, именно на этот случай. В точку.
– И вы думаете, она вернется?
Он пожимает плечами.
– В том-то все и дело. Знаете, я ведь никогда не видел ее. Ни один из кузенов никогда не видел ее. Она словно семейный призрак. Кое-что мы слышали о ней. Ну, что она купила себе дом, сошлась с известным писателем, потом ждала ребенка и все такое. Но лично мы никогда не встречались с ней. Разве это не безумие? Дикость какая-то. Просто ум за разум заходит.
Он подмигивает Лорел, а его губы расплываются в широкий круг улыбки.
– Да, – соглашается она, – сущее безумие.
Она оглядывает комнату и видит полные книг сосновые полки и выгоревшие на солнце эстампы.
– Так все это, – спрашивает Лорел, – мебель и книги… все это принадлежало Ноэль?
– Вот-вот. Все это. Я имею в виду, что наверху, в шкафах, ее одежда еще там. Серьезно. Все ее белье и всякая всячина.
– И никто никогда ничего не убирал и не менял? Все именно так, как она оставила?
– Да. В основном.
У Лорел возникает сильное желание бежать наверх и обшарить все, что только можно. Перевернуть ящики и перерыть документы. Зачем? Для чего? Что она рассчитывает найти?
С большим трудом она овладевает собой.
– Как вы думаете, что случилось с вашей тетей?
– Без малейшего понятия. То есть она должна была приехать в Ирландию, так мне сказали. Она взяла свои вещи: паспорт, кредитки. Упаковала сумку, взяла кое-какие фотографии. Она ясно
– Знаете, – тихо произносит Лорел, – моя дочь исчезла.
– Да ну? – Джошуа выпрямляется. Его распирает любопытство.
– Она исчезла в 2005 году. И последнее место, где моя дочь была замечена живой, это там. – Лорел указывает на Страуд Грин Роуд. – Напротив магазина Британского Красного Креста. Ее засекла уличная камера видеонаблюдения.
Джошуа прищуривается, и на мгновение повисает тишина.
Лорел хотелось бы знать, сколько еще она сможет наседать на этого любезного, симпатичного, общительного, располагающего к себе молодого человека, прежде чем он перейдет к обороне.
– Поппи твоя кузина, – Лорел нарушает тишину. – Ты знаком с ней?
– Нет, никто из нас не знаком с ней. Она единственная кузина, которую мы ни разу не видели. И это просто позор, потому что у меня есть другая кузина ее возраста. Клара. Такая забавная. И вправду особенная. Возможно, они могли бы стать подругами. Но тот чувак, который писатель…
– Флойд?
– Да, тот чувак. Он держится сам по себе и не отпускает Поппи далеко от дома. Мы однажды предложили ему помочь заботиться о нашей кузине. Сказали, что мы осторожны и не причиним ей вреда. Он не пожелал. Кажется, один из моих дядей побывал у него приблизительно год спустя после того, как Ноэль исчезла, пытался подружиться. – Джошуа качает головой. – По-видимому, тот чувак довольно резко дал понять, что мы ему не нужны.
Лорел становится интересно, знает ли Поппи хоть что-нибудь о своей ирландской семье.
– А откуда вы знаете Поппи и Флойда? – спрашивает Джошуа.
– Я… ну, на самом деле мы с Флойдом встречаемся. Он мой бойфренд.
– О. – Джошуа удивленно поднимает бровь. – Понятно.
